Книга Жажда, страница 59 – Анна Котляревская

— Дождитесь, когда по краям стенок появится потемнение, – кажется, так сказала женщина. – Гюлай подскажет тебе, Ай-лин.

Женщина улыбнулась, оставляя нас и возвращаясь к сыну. Поняла, что ей захотелось побыть с Демидом наедине. Но оставлять меня наедине с Гюлай – это была очень плохая идея… Поймала придирчивый взгляд турчанки на себе. Проигнорировала, продолжая заниматься приготовлением кофе. Спрятала телефон, потому что общаться с ней я не собираюсь.

— Ты девушка Демида? А я его невеста, – я зависла от шока, потому что турчанка заговорила на украинском.

— Знаешь украинский? Как мило… – надо игнорировать его «невесту», чтобы не задушить девку на месте.

— Да, мы иногда переписываемся с Демидом, так я и подтянула язык, – заявила Гюлай.

Переписываются? Какого хрена?! Я убью Демида, честно!

— А я вижу, что ты так и бредишь замужеством с ним? – резко развернулась к девке. Она его глазами только так облизывает! Я все видела! Хоть и пыталась не видеть… – Что, мечтаешь переехать в Украину, чтобы наконец-то снять эту фигню с головы? – улыбнулась я.

Наверное, мои слова были полны неуважения, но подумать я об этом не успела, потому что Гюлай зарядила мне оплеуху. Охренеть, да? Я сжала кулаки, готовая схватить горячий кофе и вылить ей в лицо!

— Как ты смеешь? Это моя религия! – оскалилась девка. – Хотя Бог видит, что такие, как ты, в Аду будут гореть!

— Я с Дьяволом в хороших отношениях, сладкая! Так что меня там, как родную, ждут! – шагнула к ней, выплевывая слова в лицо. – Ты за меня не волнуйся. Ты за себя волнуйся, потому что предложение тебе никто не делал.

Насмешливость заиграла на ее устах, потому что кофе я передержала. Честно говоря, я уже и забыла об этом кофе. Отставила турку и прошипела девке:

— Зря надеешься! – господи, мне нужно подышать. С меня довольно…

— Это ты зря надеешься, Ай-лин. Турки не женятся на таких, как ты. С украинками они только развлекаются…

— Что ты сказала? – шаг назад, чтобы оказаться перед ее лицом.

— Что ты шлюха, – язвительно сказала Гюлай, откупорив бутылку с моим безумием.

Все произошло в одно мгновение. Пальцы схватили вилку и в лучших традициях ускоренной съемки, воткнули ее в тыльную сторону ладони Гюлай, покоившейся на столешнице. Девушка закричала от пронзительной боли, испуская ниагарский водопад из глаз. И прежде, чем на кухню ворвался Демид, я прошипела:

— Невеста здесь одна, Гюлай, это я!

Алина

— Какого черта, здесь происходит? – брови Демида полезли на лоб, а глаза сосредоточились на торчащей из ладони турчанки вилке.

— Она ненормальная, Диомед! – взвыла истеричка.

Бесит. Резко вытащила вилку из нее, вызывая новую порцию боли и рыданий из Гюлай.

— Алина! – зло рыкнул турок, спеша на помощь своей «невесте».

Мужчина схватил салфетки, прикладывая к ране Гюлай. Просто герой! Фу, тоже бесит!

— Давай-давай, спасай свою невесту, любимый! – закатила глаза, складывая руки на груди.

— Диомед, извини, – хлюпала носом Гюлай. – Но зачем ты привел эту девушку сюда? Она ведь убить меня могла…

— Хватит спектакля, – прошипела я, прокручивая вилку в пальцах.

Я, конечно, безумна, но не до такой же степени. Хотя…

Демид поднял палец перед моим лицом в знак предупреждения.

— Гюлай, мне очень жаль. Прими мои извинения за Алину. Но она здесь, потому что я хотел познакомить свою любимую девушку с мамой, – серьезно и спокойно сказал мужчина. Молодец! Самоуверенная улыбка еще сильнее заиграла на моих устах.