Книга Близкие враги, страница 24 – Наталья Соболевская

— Допустим, эту бросит, а затем новую заведёт. Так и будешь всю жизнь по ночам на кухне горе в борщах топить? — блин, ну зачем я спросила, каждый живёт, как ему хочется.

Прежде чем ответить, Оксана отпила из бокала остатки вина и налила себе новую порцию, на мой взгляд, явно лишнюю. Глаза у девушки уже косят, а язык заплетается.

— Не-е-ет, не придётся мне терпеть, по крайней мере, нечасто. Мы с Маратом вместе уже два года, и он впервые налево пошёл. Раньше точно не ходил, я ситуацию контролировала.

Так и подмывало сказать: «Вы с Воронцовым всего лишь вместе два года, а он уже барышню сбоку завёл», но удержалась и промолчала, у каждого своя точка зрения, зато вино в Оксане запрещало ей рот закрывать, и она болтала… и болтала без удержу. Слушала девушку в пол уха, потому как неинтересно мне знать, как именно она бы сопернице волосы выдирала и глаза выковыривала.

— Любопытно, а этой сучке известно, что красное бельишко сейчас как бы не в тренде! — выплёвывала подруга Воронцова одну гадость следом за другой. — Вот лично у меня ни одних красных трусов нет. Наверняка приехала откуда-нибудь из Мухосранска и из кожи вон лезет, пристраивая свою попу.

— Оксана, чушь не неси. Красное бельё — это классика. А классика всегда актуальна, — вяло, без инициативы, мечтая переместиться из кухни в свою спальню, проворчала я, но тут же оживилась. — А что, труселя были красного цвета?

— Ага, красные, не в дырах, конечно, но и не новые, не брендовые, короче — ширпотреб. Я бы такие своему мужчине в карман не сунула даже под дулом пистолета.

Такое ощущение, что Оксана только что мои потерянные трусы описала. Вот, значит, куда они делись. Марат их стащил. Улыбнулась, бред, конечно. Воронцов бы к моему белью даже не прикоснулся, как-никак я была женой его брата.

Кое-как отделалась от Оксаны. Когда уходила из кухни, девушка только что за ногу меня не держала. Ещё поднимаясь по лестнице, зевала и носом клевала, но как только голова коснулась подушки, сон куда-то убежал и спрятался.

Маялась, ворочалась, как советуют, считала овец, наконец, плюнула, встала, включила ноутбук и принялась штудировать требования пожарной инспекции к помещениям общепита, как советовал Воронцов.

Нормы, правила, положения и прочая лабуда — это самые лучшие вещи, когда приходит бессонница. В отличие от молока и вина, они действительно усыпляют, даже если ты сидишь за столом перед ноутбуком. Дай только себе обещание, положить голову на секундочку на согнутый локоток, и всё — ты храпишь!

Засыпала я, вроде как, за столом, а вот утром глаза открыла почему-то, лёжа в кровати.

Хоть ногти мне плоскогубцами выдирай, в упор не помню, как шла до постели, как ложилась, как укрывалась одеялом, в конце концов, как снимала халат.

Проснулась как полчаса, но ещё даже в ванную не заглядывала, вместо этого нарезаю по спальне круги, обдумываю ситуацию.

Вполне допустимо, что я могла ночью проснуться и доковылять до кровати, а после до такой степени заспать этот момент, что он напрочь стёрся из памяти.

Но!

Я ведь не только до кровати дошла, но ещё и крышку ноутбука закрыла, бумаги, что распечатывала, стопочкой в папку сложила, свет погасила, опять же, халат сняла и аккуратно его на спинку кресла повесила, чтобы не мялся.