Книга Мое так называемое лето, страница 9 – Лада Шведова

— Приятно познакомиться, Слава. Но Сибирь мне нравится больше, – порадовал Тимур. – Придется смириться.

— Он никого не зовет по имени, – пояснил его брат.

— Но я не из…

— Сибирская девчонка, я сразу так и сказал! – Тимур не хотел проигрывать спор.

В ближайшее время мне от парней не избавиться – они явно жаждали пообщаться, и я была идеальной для этого целью. Одна, ровесница. Без мужа и троих детей вокруг, как многие отдыхающие. В парнях кипела энергия, даже в более спокойном Романе. Да и предлог держаться рядом у них был железобетонный: охрана от «волосатой груди». Я не сомневалась, что они его используют. Особенно Тимур.

Впрочем, возвращения «волосатой груди» мне не хотелось тоже, так что…

— Что значит «завтра на Красной»? – спросила я.

— Значит, что завтра будет мой день!

— Мы работаем спасателями в аквапарке, – объяснил Рома. – И Красная – это горка. Она еще зовется Камикадзе, но это название для подыхаек… то есть для прекрасных туристов.

— И на этой Красной много кого приходится спасать?

— Нет, это всего-то самое классное место, – хмыкнул Тимур. – Стоишь наверху, козырек создает комфортную тень, и легкий ветерок обдувает со всех сторон. Даже когда на улице за сорок, на Красной хорошо.

— А на Свистке – не очень?

— Свисток – кошмар наяву. Стоишь у бассейна на жаре и разгоняешь подыхаек по сторонам, чтобы не расслаблялись. А то они любят плюхнуться с горки и плавать. Не думают, что на них сверху вот-вот пара ног свалится, и повезет, если на этих ногах не двести килограмм лишнего веса. Плюс еще пятьдесят необходимого.

Парни засмеялись, и я вместе с ними.

Еще полчаса назад мне не хотелось ни с кем общаться и внимание близнецов скорее напрягало. Думаю, я и не заговорила бы с ними, если бы не «волосатая грудь». И вот мне уже не хотелось, чтобы они уходили, потому что… про аквапарк было интересно. Когда-то мама работала спасателем, правда, на берегу моря. Глупо, но само слово «спасатель» показалось мне приветом от нее, словно она одобрила мою поездку к морю, словно это она меня сюда привела.

Любопытно, как живут местные. Хотя с их точки зрения я некто под названием «подыхайка». Интересно, мама тоже звала приезжих так? Или двадцать лет назад в ходу были другие слова?

— Во-первых, это аквапарковское выражение, только для своих. Ну и ты-то точно не подыхайка! – вскоре заверил меня Тимур. Он прилег на камни и вытянул загорелые мускулистые ноги. – Подыхайки – это… не знаю, как объяснить. Особый вид отдыхающих. Из тех, кто будет изо всех сил сгорать на солнце в обед, хотя там уже три слоя кожи сошло и из трещин на плечах сочится кровь; до последних минут закрытия кататься с горки; нырять в море во время шторма с трехметровыми волнами и все такое прочее. В общем, отдыхать так, что вот-вот можно подохнуть.

— Купаться в еще холодном море через полчаса после поезда?

Тимур хитро на меня покосился:

— Вообще, звучит тревожно, но ты же из Сибири, так что тебе прощается.

— Я не…

— Давно приехала?

Слово за слово, и я рассказала парням часть своей истории: приехала только что, море увидела впервые. Планов вообще никаких нет, в том числе и на отъезд. Жилья тоже нет, но с этим проблем возникнуть не должно – по дороге на море я видела три десятка табличек с надписями: «Сдается жилье».