Книга Мое так называемое лето, страница 78 – Лада Шведова

— Жди, мисс Аптечка.

— Журавлев, имей совесть.

— Ты тоже – не забивай эфир. – Он засмеялся и закатил глаза: – Дилетанты! Всегда забывают, что рация не для личных бесед.

— Сказал тот, кто забывает об этом первым.

Голос Жени вернул меня в реальность. И я уже по-другому смотрела на темноту вокруг бассейна, на подсвеченные мягкими огнями банановые деревья. Смотрела словно с удивлением – что я здесь делаю? Надо уходить, и как можно быстрее. Пока снова не попала в омут его глаз и прикосновений. Он едва коснулся моей руки, но ее заметно покалывало в том месте, где он меня касался.

— Все, Тимур, довольно игр. Развлекайся с целующимися парочками, Взрослый бассейн официально твой. Увидимся, когда увидимся.

Конечно, рацию из моих рук он опять не взял, но ничего не помешало мне просто закинуть ее на лежак. Очень, очень тупо было не сделать этого сразу и поддерживать его игру, но что сказать – тупость мое все. Теперь я почти бежала по темной дорожке между пальм, вдыхала ночной воздух и чувствовала, как горят от впечатлений щеки.

— И все равно я увижу, что ты там под кепкой скрываешь! – бросил Тимур мне вслед. – Вечер длинный! И завтра… ради тебя я готов даже спуститься на Детские горки, Сибирь. Будет весело.

Значит, завтра у меня опять выходной. Что ж… у Микаэллы Андреевны тоже, и мы еще не всю чурчхеллу мира приготовили. Будет чем заняться.

Моя стратегия уклонения от Тимура продолжала худо-бедно работать. Хотя эта стратегия вдруг начала казаться мне жалкой и поскрипывающей, как старая телега. Ну а куда деваться? Моя жизнь превратилась в шахматную партию, в которой я высчитывала ходы по расписанию в общем чате. Тимур работает днем? Я выхожу на вечерку. Тимур отдыхает? Я работаю весь день, пока не упаду от жары, солнца и запаха хлорки. Моментами это казалось величайшей глупостью, а иногда даже забавляло.

— Зачем на две смены подряд-то ходить? – ворчала Микаэлла Андреевна, когда вечером я едва доносила себя до Скворечника. – Вышла днем, и хватит! Ты совсем себя не щадишь, девонька моя. Иди, я снова тебе котлеток из столовой принесла, а то ноги худые в этих твоих аквапарковских шортах, совсем как палки.

Я правда уставала, но мне все нравилось. Хотя почти за месяц работы выяснилось, что деятельность спасателя на восемьдесят процентов состояла из фразы «Прошу не бегать!» и еще на двадцать процентов из оглушительного свиста. И где-то между этими процентами балансировало классическое «невероятно, но факт».

Например, прошлый вторник – тогда я впервые получила повышение в дневную смену и оказалась у бассейна с волнами. Волны включались и выключались несколько раз за день по расписанию, которое висело рядом с бассейном, и сама моя смена напоминала череду волн: резкое прибытие желающих поплавать и такое же резкое их отбытие, после которого я оставалась в гордом одиночестве. До следующего прибытия, разумеется.

Но встречались и уникумы, которым расписание нипочем.

— Девушка-красавица! – Уникумами часто выступали лысеющие мужчины в огромных цветастых семейниках. Они походили друг на друга не только одеждой, но и внешне. – А когда вы включите цунами?

— По расписанию, – отрепетированно отвечала я.

— Да? А пораньше никак нельзя? Чтобы мою благоверную мегеру как следует тут прополоскало со всех сторон. – Далее следовала неизбежная пантомима «полоскания» и заливистый смех.