Книга Тринадцатая, страница 84 – Клава Юхонька

Миг и я дома, стою у комода, оперевшись на него руками, преклонила голову. Даже в глаза взглянуть стыдно. Марк! Как же Марк? Он был так добр ко мне, а я буквально поиздевалась над ним, унизила еще и на глазах брата, а после… на костях его чувств.

Глаза карие, как у хищной волчицы, с маленькими черными вкраплениями. Это не я, нет. Костяшки пальцев влетели в отражение, разбивая в крошку. По кисти побежала кровь, один ручеек сплетался с другим, потом третьим. Водопад стекающий на пол. Так громко, каждая капля разбивалась о пол, оглушая.

— Ты как? — Марк стоял на пороге и не торопился входить, неужели я так пугаю?

— Все хорошо, правда странно себя ощущаю, но похоже стоит привыкнуть, — достала дежурную улыбочку, или нет. На самом деле была рада его присутствию, что-то внутри затрепетало, хотелось обнять.

— Позволь помогу тебе, — он сделала пару неуверенных шагов и замер, ожидая моего согласия.

— Знаешь, думаю в этот раз обойдемся более стандартными методами, — я не хотела его мучить, снова брать больше чем он может дать. Это просто рана, перекись, бинт и все затянется. — Лучше расскажи, что произошло, за эти, как ты говоришь 2 месяца?

Мы спустились на кухню. Марк наполнил бокалы вином, и протянул пачку сигарет. Да, я скучала по этим вредностям, после сегодняшнего дня это как анестезия.

— Я плохо помню тот вечер, отчетливо лишь одно — ты умерла. Твое сердце оно не билось, и как бы я не пытался тебе помочь, все тщетно.

Мы вытащили тебя из склепа не сразу, даже думали оставить там, но что-то щелкнуло и решили, что стоит попытаться, поверили в силу дома. Дня три читали заклинания, тянули нити, но ничего не происходило. Кожа стала белая как мел, лишь венки выпирали, вот тут, — коснулся запястья, и замер, пытался пробиться глубже, я чувствовала, но впустить не могла.

— А потом? — Притянув руку к себе, продолжила, нарушая тишину.

— А потом ты начала дышать, тело возвращалось к прежнему виду, но не надолго, больше суток не могла без подпитки. Сменялись с Михой, он делился тьмой, а я светом, плюс лечил раны. Вены то и дело лопались, кожа вздувалась, вот тут, смотри, — на плече выступал полукруг багрового цвета, как родимое пятно, такого раньше не было.

— Надо же, ничего не помню. Словно и не было этих двух месяцев. И что теперь?

— А теперь все, — бросил ключи в миску с мелочью, что стояла на комоде у входа, Миша.

Живот свело, снова! Как только он появился в моей жизни, все спуталось. Я не позволю ему разрушать ее дальше.

С каждым его шагом сердце бешено клокочет, даже майка трепыхается. Воздух в груди накаляется, обжигает легкие. 200 ударов в минуту, 220,230! Пульс шкалит.

— Вик, — возвращает в реальность Марк, но я не слышу, ничего не слышу, двигаюсь на эмоциях. Такой шум в голове, как помехи на радио.

— Исчезните, — завопила я, пытаясь перекричать свой же припадок.

Подняла глаза, снизив биение сердца до 150 ударов, вокруг меня никого. Лишь барный стул, еще по форме пятой точки Марка, что сидел на нем. Фак, да как так-то. Нет, это не может продолжаться, я должна их защитить от самой себя.

Или может, приказать забыть о доме и больше не возвращаться сюда? Нет, нет, нет! Эти мысли гоним прочь, они уже часть меня. Сейчас я точно не хочу остаться одна.

Перебрав 17 ступеней, оказалась наверху. Даже странно, почему не воспользовалась магией. Марк был прав, скоро я начну скучать по простым вещам, что присуще всему человеческому.