Книга Мужу привет, страница 13 – Мия Куквин

Беспокойно ложусь на спину, тяжело вздыхая. Матвей бесшумно входит в спальню, подходит к шкафу и достает оттуда плавки. Второй рукой он удерживает полотенце на бедрах, которое готово свалиться. Я наблюдаю за ним в темноте. Он высокий и статный. Любая женщина мечтала бы о таком любовнике. Но во мне говорит лишь обида на мужа. Ведь он нанес мне глубокую рану, и мне хочется отомстить. Поэтому заговариваю негромко.

— Как ты думаешь, если я изменю ему в ответ, это поможет моему сердцу не так болеть?

Лимов не поворачивается ко мне. Он смотрит в шкаф, хотя давно уже достал оттуда то, что хотел.

— Не уверен, что боль утихнет, — отзывается негромко, — но в твоем случае к ней точно добавятся угрызения совести и самобичевание.

Я вздыхаю.

Он закрывает створку.

— А как ты поступил после расставания с той девушкой?

Он улыбается, я вижу это даже сквозь темноту в комнате.

— Именно то, о чем ты думаешь…

Неделя в доме Лимова подходит к концу. Юра не зовет меня обратно, лишь периодически пишет и звонит, чтобы узнать, где лежат те или иные его вещи. Спрашивает, как запустить стиральную машинку. Упрекает, что я эгоистично оставила его одного и сама прохлаждаюсь, хотя вместо этого должна быть дома и готовить ему ужины, ведь он бедный-несчастный зарабатывает для нас с детьми деньги, а мы этого не ценим.

Я наврала ему, что сняла квартиру и какое-то время поживу там. Он обвиняет меня в разбазаривании семейного бюджета, хотя я почти не трачу деньги, которые отложила на карту со времен, когда увозила детей к родителям мужа. Все продукты покупает Матвей, либо настаивает, чтобы я покупала их на его деньги. Когда он узнал, что я трачу свои я получила выговор в самом серьезном смысле этого слова. Никогда бы не подумала, что Лимов может быть таким строгим.

Слышу сигнал, оповещающий о том, что мясо запеклось, и надеваю рукавицы, чтобы вынуть из духовки противень.

Входная дверь хлопает, и я слышу, как Матвей заходит в квартиру. Сначала он снимает уставные туфли, потом убирает фуражку в шкаф-купе, задвигает дверцу. После проходит в кухню и миролюбиво мне улыбается.

— Привет. Я вовремя.

— Да, сейчас еще салат дорежу и можно садиться, — отвлекаюсь на вошедшего, потом перехватываю противень удобнее, запястье оголяется, и я обжигаю его краем. Вскрикиваю, машинально выдергиваю руку, Матвей едва успевает отскочить, сочное мясо соскальзывает с подноса и плюхается на пол. Я в трансе всплескиваю руками. — Черт, ты не обжегся?

Обеспокоенно смотрю на Лимова, но тут же хватаю со стола бумажные полотенца и наклоняюсь, чтобы все вытереть.

— Дай я осмотрю твою руку, — перебивает и приседает около меня на корточки. Цепляет запястье и хмурится, глядя на красную полосу сантиметров десять длиной. — Надо обработать.

Тянет меня, чтобы встала. Я переступаю лужу мяса и соуса.

— Все нормально, это мелочи… — пытаюсь отмахнуться. Матвей даже не слушает мой протест.

Подходит к шкафу, где лежат лекарства, достает бутылочку с мазью от ожогов и возвращается ко мне. Встает вплотную. Взбалтывает бутылку, а потом давит немного мази на мой ожог. Она охлаждает и снимает неприятное жжение. И я благодарно ему киваю.

— Спасибо, — кошусь на наш ужин, — прости, что так вышло.

Матвей следит за направлением моего взгляда.