Книга Несбывшаяся любовь, страница 81 – Марина Эльденберт

Я узнала номер компании Симонова и позвонила его секретарю, оставив просьбу о встрече, представившись матерью Руслана. Была вероятность, что он меня пошлет: все-так мой сын избил его сына. Еще большая вероятность того, что он меня пошлет, существовала, потому что Руслан был сыном Виктора. Но Костя перезвонил через час и сам предложил встретиться. Я назвала ближайшую кофейню моей сети, и он без вопросов согласился.

Тем же вечером я сидела за знакомым столиком, когда на стул напротив меня опустился Симонов. В прошлом для меня он всегда словно оставался в тени Виктора. Что уж говорить, раньше для меня все были в тени Бёрна, будто в моей вселенной существовал только он один. В каком-то смысле, так и было, но сейчас это уже не имело значения.

Стоило Косте уверенной походкой войти в кафе, как девушки принялись сворачивать шеи. Даже незажившие ссадины добавляли ему некой брутальности. А я… Я понимала, почему они на него засматриваются: эффектный мужчина с энергетикой большого босса, но для меня Симонов оставался Симоновым. И интересовал он меня в совершенно другом смысле.

— Привет, — поздоровался Костя.

— Привет, — я растянула губы в улыбке. — Спасибо, что согласился на эту встречу.

Он сложил руки на груди.

— Мне как минимум интересно, почему ты меня позвала. Мы никогда не были друзьями.

Что правда, то правда. Несмотря на то, что я встречалась с его бывшим лучшим другом, мы с Костей вряд ли могли похвастаться общими темами или долгими разговорами.

Подбежала Лера, официантка, и приняла заказ, немного сгладив неловкое начало нашей с Симоновым встречи. Несмотря на то, что я обычно пила кофе, уже было больше пяти, поэтому я остановила свой выбор на чае. Костя же заказал салат и киш с лососем. Две порции, вторую попросил завернуть с собой.

— Это для Герасима, — пояснил он, заметив мой интерес. — Если его не кормить нормальной едой, будет жить на чипсах и газировке.

— Подросток, — хмыкнула я.

— У тебя, наверное, не такой, — криво усмехнулся Костя.

— Руслан занимается скейтбордингом. Пришлось однажды объяснить ему, что спортсменам положено есть белок, и это сработало. Теперь действительно ест нормально, а раньше всякое бывало.

— Мой хоть бы чем-нибудь занялся, — поморщился Симонов.

— А его мать…

— Предпочитает, чтобы он занимался чем-нибудь подальше от нее, — отрезал он.

Повисла неловкая пауза, которую я поспешила заполнить:

— Я хотела извиниться за своего мальчика.

— За которого из? — вздернул густую бровь Костя.

Я поперхнулась воздухом, а потом расхохоталась:

— Никогда не считала Бёрна мальчиком.

Симонов тоже криво улыбнулся.

— Зря. Ты не знала, что он до сих пор ведет себя как подросток?

— Я в курсе вашей драки и ареста. Но пусть Виктор извиняется сам. Я прошу прощения за Руслана.

— В этом нет резона, — покачал головой Костя, посмотрев мне в глаза. — Герасим получил за дело. Парни разобрались один на один, по-мужски.

— Ты одобряешь избиение собственного сына? — спросила я шокировано.

— Я не одобряю издевательств над слабыми, в частности, над девушками. Поэтому надеюсь, что это его хоть чему-нибудь научит. Но это вряд ли… Извинения приняты, Романа. Можешь не переживать, что это пойдет дальше. Я не стану мстить вам с Бёрном, не такой я человек.

— Настоящий друг, — вырвалось у меня. — Виктор тебя не заслуживает.