Книга Исповедь дьявола, страница 184 – Софи Баунт

Мое сердце грудой осколков бьется об пол, а потом плавится и сливается воедино, рождая внутри новое чувство… еще более яркое и красочное, чем было раньше.

Лео же сжимает в пальцах одеяло и выглядит разбитым. Я осознаю, насколько сильно он злится на меня, чувствую его боль и обиду…

Послав все к черту, я вцепляюсь в его волосы и притягиваю к себе для поцелуя, сплетаю наши языки, не давая отстраниться, – что угодно, только бы он больше ничего не спрашивал. Мои ногти вонзаются в его поясницу, царапают кожу. Ноги сжимаются на его бедрах. Я целую Лео с жаждой и яростью, которые копились весь год, – до крови прикусываю его губу, из-за чего адвокат теряет контроль и сам припадает к моей шее с ярым помешательством. Я уверена, что завтра на коже будет далеко не один след от его поцелуев.

Но мне это нравится… нравится, когда он бешеный… когда сбрасывает свою маску ледяного равнодушия…

Лео снимает с меня трусики, оставляя полностью обнаженной.

За окном еще не вечер, и на улице довольно светло, так что мы видим друг друга во всех деталях, отчего я смущаюсь. В отличие от меня Лео по-прежнему в штанах.

— Закрой шторы, – прошу я.

— Зачем? – усмехается он.

— Мне не комфортно…

С умилением Лео целует меня чуть ниже пупка, прикусывает кожу, из-за чего я не сдерживаю смешка. Щекотно. Лео берет пульт с тумбочки и нажимает на кнопку: темные шторы сами начинают сдвигаться. Другая кнопка включает подсветку на каркасе кровати, и, сливаясь со светом камина, комната окрашивается в красноватые оттенки.

— Антураж БДСМ, – хихикаю я, пока Лео целует боковую часть моей ступни, прокладывая дорожку по направлению к коленке.

— Хочешь поиграть? – мурлычет он, хитро на меня поглядывая.

— М, нет…

— Хотя бы наручники, – уговаривает он, а затем резко подтягивает меня за бедра к краю кровати, раздвигает мои ноги.

Сначала его губы ласкают чувствительную кожу внутренней стороны бедер, и мурашки ползут от низа живота по всему телу, но не успеваю опомниться, как язык мужчины касается меня между ног, скользит круговыми движениями: то медленно, то быстро. Лео всегда умел найти нужный темп. Господи, так и рехнуться в эйфории можно!

Я вспоминаю, что это наш первый секс для Лео, и слегка стесняюсь своей бурной реакции, ведь когда он добавляет к языку пальцы, вынуждает меня закричать на всю квартиру!

Он проводит языком до низа моего живота и шепчет:

— До чего же ты чувственная, – его горячее дыхание щекочет влажную кожу, и я покрываюсь новой волной мурашек, а Лео нежно добавляет: – И красивая. Особенно когда так мило смущаешься.

Я шлепаюсь затылком на одеяло, чувствуя, что краска к щекам приливает все сильнее.

— Расслабься, – просит Лео, проводя большим пальцем по чувствительной коже бедра, его голос становится глубже, – а то возьму ремень, чтобы не зря напрягалась.

— Ты неисправим…

Он с нажимом проводит языком по пульсирующей, горящей точке между моих ног, скользит в меня двумя пальцами и начинает исполнять ту самую, доводящую меня до безумия мелодию: словно мое тело – его инструмент, которым он овладел в совершенстве и знает, где и как нажать, чтобы получить от музыки чистое наслаждение.

Я слегка сжимаюсь, когда Лео двигает ладонью слишком быстро; боюсь закончить раньше времени, не насладившись талантами этого мужчины в полном объеме, но Лео воспринимает мою изворотливость неправильно: думает, что мне неприятно, потому замедляется.