Книга Исповедь дьявола, страница 16 – Софи Баунт

— За что?

— За все. Это моя вина.

Округлив глаза, я выхожу из состояния шока и восклицаю:

— С ума сошел? Если бы не ты… не знаю, что бы он со мной сделал.

— Если бы не я, ты бы не познакомилась с этой мразью. И ничего бы не случилось.

— Не смей обвинять себя! Ты меня спас.

— Я не был рядом, когда был нужен. – Он опирается локтями о колени и опускает голову, закрывает глаза. – Я даже не смог приехать на похороны твоей бабушки, не поддержал тебя.

— У тебя была уважительная причина, – усмехаюсь я, допивая какао. – Ты сидел в тюрьме.

Он поворачивается и берет меня за руку. Ощущая тепло его ладоней, я покрываюсь мурашками, сердце бьется чуть быстрее.

— Мне невыносимо стыдно, – признается он, – я стоял… я… ничего не мог сделать…

Я кладу голову на подушку и накрываюсь одеялом до подбородка. Череп раскалывается, словно по нему бьют кувалдой. Я потратила столько энергии, что нахожусь в полуобморочном состоянии. Нужно поспать.

Теперь, когда Лео рядом, я чувствую себя в безопасности. Подкрадывается сон. Кажется, будто все эти недели я жила на ресурсах из закромов. И пора восполнить запасы.

— Повторяю, – настаиваю я, – ты спас меня. Фурса застал тебя врасплох. Как и меня. – Я зеваю. – Прости, но… мне нужно спать. Глаза закрываются.

— Конечно. Отдыхай. Я пока… м-м, приведу себя в порядок, если ты не против. Не помню, когда последний раз мылся.

— Адриан забыл пачку с бритвами в шкафчике над раковиной. – Я опять зеваю и сквозь сон добавляю: – Можешь взять.

— Адриан жил у тебя? – хриплым голосом уточняет Лео.

Но я уже проваливаюсь в сон.

* * *

— Доброе утро, – шепчет Лео, когда я поворачиваюсь на бок.

Он лежит рядом на кровати, читает новости в телефоне. На тумбочке стоит яичница и две чашки кофе. Аромат меня и разбудил.

— Уже утро? Ого. Сколько же я спала? Часов двенадцать?

— Угу. Ты крепко спала. Да я и сам быстро отключился. Чуть в душе не заснул вчера.

Лео побрился. От него приятно пахнет моим лавандовым мылом. Волосы, правда, сильно отросли, и заметно, что Лео их длина раздражает, он уложил челку гелем.

— А ты… спал здесь?

Он три секунды недоумевает, будто я сказала нечто обидное, а потом с извиняющимся видом добавляет:

— Я подумал, что ты будешь не против. Мы ведь не первый раз спим вместе, да и после вчерашнего… я боялся оставлять тебя одну даже в соседней спальне.

Прикусив нижнюю губу, решаю не комментировать. Интересно, в каких – по мнению Лео – отношениях мы находимся? Кто мы друг другу? С тех пор как он потерял память, дальше поцелуев мы не заходили.

Лео подает мне поднос с яичницей и кофе. Аромат потрясающий.

— Завтрак в постель, – на его губах играет едва заметная улыбка.

Внутри меня вспыхивает жаркое солнце при виде искренней радости в его взгляде, хоть эту радость и застилает пелена переживаний после инцидента с Фурсой. Мне хочется кинуться Лео в объятья. Пусть он и похудел в изоляторе, на меня вновь смотрит тот самый горячий адвокат, с которым я когда-то познакомилась. Аристократичные черты лица. Яркие каштановые волосы. Жесткие губы. Миндалевидные зеленые глаза, глубокие и насыщенные. Маленький шрам над бровью, который совсем Лео не портит, а наоборот, даже подчеркивает красоту лица. Про красоту его идеального спортивного тела я и не заикаюсь. Он сбросил килограмм пять, но сексуальности не убавилось, мышцы тугие, точно сталь. Мне приходится приложить усилия, чтобы перестать сверлить взглядом его мускулистую грудь и руки. Похоже, из-за отсутствия иных занятий за решеткой он целый месяц только и делал, что качался и отжимался.