Книга Завтра наступит дважды, страница 13 – Лера Лебедь

Мама Полины подошла к домашнему стационарному телефону, сняла трубку и принялась набирать номер. Диск закрутился с характерным треском, и Полина замерла, прислушиваясь. Этот звук она не слышала целую вечность. Он был из детства, из тех времён, когда телефон стоял на тумбочке в прихожей и звонил громко, на весь дом.

— Подмога уже в пути, — сказала мама, повесив трубку. — Причёску спасём.

Полина грустно усмехнулась.

— Я вообще не хочу идти.

— Ой, да брось, — отмахнулась мама.

— День будет ужасным, — произнесла Полина, как пророчество.

Но на её горькие слова никто не обратил внимания. Катя уже открывала баночку с тональным кремом, а мама снова попыталась вытащить щипцы из волос. Полина вдруг осознала, что в тот день её собирали, как на вручение Нобелевки или как на военный парад, а не на обычный выпускной. Все суетились, бегали, что-то советовали. Это было мило. Они пытались поддержать. Все.

А она тогда сходила с ума от злости на них. На всех, кто кружился над ней в попытках помочь. Ей казалось, что они не понимают, что её жизнь рушится из-за прыща, из-за платья, из-за дурацких волос. А теперь, из своего двадцатидевятилетнего далека, Полина видела, как глупо было злиться. Эх, молодость, юность и максимализм. Ничего не бывает идеально, и это, к сожалению, понимаешь только с возрастом.

Катя принялась за макияж. Лёгкими движениями нанесла основу, тональный крем, потом пудру. Полина послушно закрывала глаза, подставляла лицо, но внутри у неё всё сжималось от грусти и злости. Она знала, что придётся ехать на выпускной. Знала, что придётся увидеть Оксану, Андрея, ту чокнутую училку, которая сломала ей самооценку. Андрей… О нём были и приятные, и не очень приятные воспоминания. Полина вдруг очнулась от размышлений. Ведь в той реальности, где она жила, Андрей погиб. Жалко. А то бы она с удовольствием узнала, как сложилась его жизнь.

Идея посетить адов выпускной уже не казалась такой неудачной. По крайней мере, она его увидит снова.

Катя закончила. Пудра мягко легла на лицо, скрыв покраснения, но прыщ всё равно проступал под тональным слоем. Мама пошла открывать дверь. Полина услышала звонкий голос, который не спутала бы ни с чьим другим.

Тётя Эля.

Ну конечно. Мамина подружайка.

Полина зло взглянула на вошедшую и даже не поздоровалась. Та впорхнула на кухню, как фейерверк: яркая, шумная, говорливая. Огненно-рыжие волосы, тонкие сигаретки в сумочке, звонкий смех. Эльвира была парикмахером в местной парикмахерской и умела создавать вокруг себя суету.

— Ой, девочки, ну и красота тут у вас! — затараторила она. — Катюша, ты как куколка! А Поля-то у нас невеста!

Катя, с набитым ртом, только улыбнулась, уплетая очередной блин со сгущёнкой. Тётя Эля отвесила ей нелепый комплимент, а потом пошутила про выпускной. Как показалось Полине — на грани. И потрепала её по щеке.

Полина сжала зубы. Эта женщина когда-то займёт место её мамы. Будет сидеть за этим столом, пользоваться этой посудой, спать в её спальне. От этой мысли внутри всё переворачивалось.

Тётя Эля приступила к волосам. Ловко, быстро, без лишних церемоний она начала выпутывать прядь из щипцов. Полина морщилась и смотрела на маму. Красивую, спокойную, всё понимающую. Как бы она отреагировала, если бы узнала, что её муж и лучшая подруга будут вместе? Полина вдруг подумала, что мама приняла бы всё тихо. Она была доброй и всем всё прощала. Даже предательство.