Книга Кровь зимы, страница 147 – Екатерина Насута

Кая хотела было обернуться, но ледяные пальцы ткнули в спину.

— Поспеши, девочка… а то там ведь скоро станет людно и шумно. И вниз полезут… а оно нам надо? Оно нам не надо… знаешь, она, та женщина из моих снов, сказала, что дело не в даре. Мой дар от меня никуда не делся. Просто… просто немного изменился. Стал сильнее. Ярче. И мой сад… ты ведь видела, какой у меня красивый получился сад?

— Очень, — искренне сказала Кая. — Я таких цветов никогда не видела.

— И не увидишь больше. Уверена, с землёй вместе вывезут. В лучшем случае.

— А в худшем?

— В худшем сожгут. Ты уже начала.

И пожалуй, их можно понять, но…

— Жаль. А твои дети…

— Я их не хотела…

Вздох.

— Но и смерти им не желала. Я честно родила тех, кого могла, а вот другие…

— Дело в даре?

— Да. Дело в даре… семя Скопиных несло силу. И эта сила приумножила мою собственную. Но если бы я поделилась, то сама осталась бы пустой. Нет, я не могла допустить подобного. Никак не могла. Пока дитя было внутри моей утробы, сила существовала одна на двоих. А вот когда оно покидало… мой старший сынок потянул силу на себя. Жадно. Яростно. Это как… как будто саму суть кто-то пытается выпить. Но я не позволила. Я тоже хотела жить… я просто хотела жить. Разве это плохо? Меня никто не спрашивал, нужен ли мне этот ребенок, чего он будет стоить… и в первый раз всё получилось случайно. Я… я забрала силу себе, и он умер.

— И снова никто не догадался?

— Никто. Они ведь так уверены, что там, под сводами храма, защищены… что их боги укрывают их. Может, и укрывают. Я не пыталась там чаровать или навредить кому-то. А моё… моё — это моё. Во второй раз, когда я поняла, что ребенок снова будет одарённым, я забрала силу, когда роды только-только начались… Скопина злилась. Жрицы разводили руками и говорили, что всё в руках богов. Боги молча пялились. И в конце концов, было решено, что виной всему — семя Скопина. Что это оно отравлено. Иди. Мы говорим, пока ты идёшь. И не пытайся идти медленней, чем ты можешь.

Кая не пыталась.

— Лестница… неудобная.

— Да. Странная. Дух захватывает, верно?

Кая кивнула и спросила:

— Зачем тебе вниз?

— Придём — узнаешь. Уже немного осталось.

Глава 35

Белава первой нарушила молчание. Кая больше не спрашивала, просто считала ступени и пыталась понять, может ли эта женщина навредить источнику? Дверь ведь не просто так запирали. А теперь, получается, Кая отопрёт?

Тогда отпирать нельзя?

Но тогда какой смысл спускаться?

Голос в голове молчал. И что делать? У Каи и оружия-то нет… разве что капля чужого страха.

И гончая, что медленно кралась за ведьмой.

— Тихо. Меня всегда поражало, как же здесь тихо… — Белава произнесла это в спину и со вздохом. — Тишина давит… сильно давит. Ненавижу тишину, если так-то. Я петь люблю.

— Как в храме?

— Да. Там пространство большое. Голос хорошо звучит, — сказано это было просто.

— А гнева богов не боишься?

— А за что им на меня гневаться? Я им не чинила вреда. Молилась, как все. Дары приносила. И пела вот. От души пела. А они любят подарки, которые не по канону, а чтобы от души. Все любят такие подарки. Я ведь красиво пою, правда?

— Очень. Я заслушалась.

— Вот видишь… я ещё тогда поняла, что на самом деле боги далеко не всесильны и не всеведущи. И что до меня, до моей силы, им дела нет, если я не трогаю тех, кто под их рукой и их крови. Так почему бы и не спеть?