Онлайн книга «Синхронизация»
|
— Поймите меня правильно, Чехов. Я сам недоволен политикой Блумфилда, и поскольку Елена Нейтан его наблюдатель, у меня есть основания вам верить, только и я не могу бездоказательно сеять раздор в Совете, особенно сейчас, когда над галактикой нависает внешняя угроза. Когда найдёте подтверждение, тогда мы и вернёмся к этому вопросу. — Я ничего не требую, Советник. Только прошу перевести Ричарда Нейтана в отдельную больницу, вне космической станции, независимо от исхода расследования. Гидеон недовольно повёл головой. — Куда же? На Ригель? Врачи здесь гораздо опытнее тех, что работают в колонии, нет никакого смысла... — Я не это имел в виду, — Антон со знанием дела раскрыл карту, приблизил несколько рядом стоящих планет в скоплении звёзд и сказал: — Да, Ричарда Нейтана должны осмотреть квалифицированные врачи, но не связанные с нами. Обратитесь к Лагости Аки или к Леди Варане, сделайте что угодно, только отправьте Ричарда к другим врачам и предоставьте ему соответствующую защиту. Гидеон долго молчал, затем усмехнулся, поглаживая бороду. — В разговоре с вами, Чехов, я начинаю забывать, кто из нас Первый Советник. Послушайте, вы просите меня отправить главного подозреваемого неизвестно куда, за пределы действия наших законов… Думаете, насколько это верное решение? — Советник, я знаю, что сейчас вам сложно принять мои слова на веру, но если хотите понять, почему я обвиняю Елену, исполните мою просьбу. — Почему Чеховы всегда только приносят проблемы, но никогда не помогают их решать? — Гидеон провёл ладонью по лицу и отошёл к иллюминатору, за которым у одного из шлюзов стоял «Пегас», сверкая габаритными огнями. — Ну, хорошо. Я заинтригован и исполню вашу просьбу, — он обернулся и снова посмотрел на Чехова. — Что вы молчите? Не верите? — На моей памяти ещё не было случая, чтобы Советник Донаван нарушал какие-то обещания, — спокойно ответил Антон. Гидеон кивнул и улыбнулся ему, возвращаясь мыслями к «Пегасу», а затем и к трагедии одного из его пилотов. — Как себя чувствует Леоновенс? Вы упомянули выпускной, она сможет выступать? — Это Нина так захотела, и я не стану ставить под сомнение её решения. — Понимаю. Пока Чехов обменивался любезностями с Советом, давал очередные и последние показания, Нина мялась у двери палаты в больничном крыле. Последние слова отца врезались ей в голову, словно кто-то выжег их там калёным железом. «Ричард не опасен, предатель то...». Кто такой этот «то»?.. Она думала обо всём на свете, только не о том, чтобы постучать и переступить порог. Её знобило. Но войти всё же пришлось... На больничной койке под капельницей лежал Ричард, а рядом в кресле, свернувшись калачиком, посапывала медсестра. Нина приложила палец к губам, когда та подорвалась с места. — Что скажете? — тихо спросила Нина. — Деинициация активировала какую-то старую болезнь… заражение, возможно, — прошептала медсестра, замирая в шаге от неё. — У меня нет точных данных, только краткая сводка, — она немного помолчала, — лекарство начало действовать... сейчас самый кризис, он бредит... — медсестра подбирала слова, словно боялась реакции на них, — и самое ясное, самое здравое из всего, что он говорит, это… имя женщины. Нина, кажется… Нина вздрогнула. — Это я… — Да? — медсестра прикрыла рот рукой. — Он говорит, что любит вас. |