Книга Лозоходец, страница 164 – Айлин Лин

Терзался я так, пока не показались вдали знакомые частоколы околицы нашего села Светлая речка.

— Держись, – залихватски крикнул мне Шен, тоже повеселевший к концу пути, – сейчас подвезу, как барина.

Машина рыкнула и выбросила из-под задних колёс столб пыли, нас услышали деревенские мальчишки, чуть ли не кидаясь под капот.

«Дяденька, покатай!» – неслось со всех сторон.

Шен отчаянно крутил руль, объезжая ямы и ухабы, Фиат подпрыгивал и трясся, как в лихорадке. Вся деревня высыпала на улицу, поглядеть на такое чудо, машины тут бывали нечасто.

Мои мальчишки тоже не упустили момент, Фиат они уже видели перед расставанием и сейчас, сорвались со всех ног, помчавшись к нам навстречу.

Шен сбросил скорость, Равиль, Стёпка и Самир по очереди забрались в салон, на зависть остальной детворе, и мы лихо подкатили к воротам, перепугав всех местных псов.

В грозном лае зашёлся Алтай, бряцая цепью, а в проёме калитки показалась взволнованная Даша. И в этот момент, увидев её родные глаза, дородный стан, ласковые руки, я благодарил Вселенную, что закинула меня сюда своими неведомыми силами. Эта женщина стоила и отсидки в лагере, и всех трудностей, что остались позади и ещё были впереди. Ради неё я пройду полмира, а если надо, вернусь и с другого времени, эпохи, планеты.

Мальчишки гомонили от счастья на заднем сиденье, но я уже ничего и никого не слышал и не видел. Выскочил из машины и прижался к жене, вдыхая аромат её кожи и волос, вытирая слёзы счастья с тёплых щёк.

— Егорушка, – уткнулась она лбом в мою грудь, – вернулся.

— Да, милая. Теперь всё будет хорошо, – гладил я её по голове и плечам.

— Папка! – скакали вокруг мальчишки и присоединившаяся к ним Танюшка.

Позади Даши стоял отец, переминаясь с ноги на ногу и ожидая, пока я отойду из жены. Стоило Дарье выскользнуть из моих объятий, как на мне, точно игрушки на новогодней ёлке, повисла детвора.

— Ну, будет, будет, – сказал старик, обнимая меня и незаметно смахивая слезу со щёк, изрезанных морщинами.

Шен вытащил из машины мои вещи и подарки родным, которые покупали с ним вместе.

— Ой, что же мы, – спохватилась Даша, – проходите скорее в дом!

— Поеду я, – замялся Шен.

— Нет, нет, нет. И речи быть не может, – возразил отец, – сейчас пообедаем, потом в баньку сходим, у меня самогон застоялся на кедровых орешках настоянный. С дороги оно отдохнуть надо. Вон как оба пропылились.

Шен рассмеялся и позволил увести себя в дом. Из окна послышался недовольный крик Лизоньки.

— Смотри-ка, почуяла тебя, – улыбнулась Дарья, – пошли уже.

Я окинул взглядом двор: возле сарая крутилась молодая козочка, рядом несколько несушек неторопливо рыли землю.

— И откуда всё это? – обвёл рукой нежданное хозяйство.

— Не поверишь, тот самый Лука привёз, что тебя провожать приезжал. Мы денег хотели заплатить, а он наотрез отказался. Оставил всё во дворе и уехал.

— Даже так? – удивился я. – Вот это сюрприз.

— Идём уже, – потянула меня Даша за собой, – опять худой, как жердь. Покормлю хоть тебя.

— Накорми, пожалуйста, – прижался я к тёплому боку супруги, – мне твои борщи ночами снились. А то всё рыба да рыба.

Даша расхохоталась:

— А у нас уха! Но хочешь, я тебе быстро яишенки поджарю. Пирожки ещё есть с грибами.

— Уха так уха, – кивнул я, целуя Дашу в щёку, – никто так как ты не готовит.