Книга Великая княжна Настасья, страница 81 – Айлин Лин

А всё же… Не стал бы Мокша просто так отправлять послание.

Душно сделалось Ярополку в алом, расшитом золотом корзно (прим. автора - плащ), не глядя, скинул он его на пол, взъерошил тёмные курчавые волосы.

О мире радел князь. Уж подписаны союзнические договоры с византийцами, ромеями (прим. автора - римляне), с германским императором Оттоном I. Только неспокойно было на самой Руси. Тревога снедала душу Ярополка.

Тяжело закончилась глупая свара с братом Олегом, до сих пор бремя вины лежало на сердце князя, хоть и не повинен он был в смерти его. Да всё же ему ответ держать и перед людьми, и перед богами.

Где-то на землях Византии собирал сейчас своё войско Владимир. Варягам ведь без разницы кого убивать, наёмники, одно слово. Не пошёл за меньшим братом, рождённым от рабыни, народ русский. Решил он сам свою дружину собрать.

Ждал Ярополк дополнительных вестей из Вежи. Не мог Мокша не рассказать более обстоятельно, что за чудо-огонь появился у княгини? По всей видимости, надо погодить до поры до времени, скорее всего, второй посланник на подходе.

Если и взаправду верно всё, что Мокша передал на словах…

Как посмели скрыть от него? Ведь должен знать Гостомысл, что в его городе происходит! Уж не Владимир ли тянет к нему руки из земли черниговской?

Нахмурился князь, разъярился!

— Коли так, сам пойду в Чернигов, будут передо мной ответ держать, - негромко прогрохотал голос владыки.

Ведь не неволил он князей, своим разумением правили. Данью не душил. Деньги свои золотые в обиход пустил, чай не варвары, шкурами меняться. Радел он за каждый город. Того же ждал и для себя.

Вот только если уж брат родной идти войной собрался на Киев, где уж от других преданности ожидать?

* * *

Деян

Хмуро оглядывал сын Могуты тиунов князя. Не дождался Киев обоза с мечами для молодой дружины. Все сроки вышли, унылые лица его помощников говорили о том, что нескоро ещё дождётся он новых клинков.

Когда-то Деян и приехал из Вежи простым дружинником, оставив там отца-воеводу. Быстро заметил его князь, не чурался воин никакой работы и в бою поражал своей отвагой. Теперь стал Деян тысяцким (прим. автора – военная должность при князе, не исключавшая также гражданских функций) Ярополка. Много бы он отдал, чтобы уйти простым дружинником. Опротивели ему хитрые тиуны, бояре со своей гордыней. Киев велик, с утра до ночи кто-то шёл к Деяну с просьбами, а надо ещё и ответ держать за дружину, да за укреплениями следить.

Много дел… Воин устало вздохнул и взмахом руки отпустил тиунов. Всё одно, сегодня от них ничего не добиться.

Эх, сейчас бы лететь на верном коне с друзьями-ратниками, почувствовать на губах вкус встречного ветра, вдохнуть полной грудью морозный воздух. А он вынужден день изо дня разбирать городские дела, что всё не кончались, конца и края им видно не было.

Сейчас Деян завидовал отцу, что столько лет был воеводой при Братиславе. Пусть не давала покоя Степь русичам, но и на это легко бы согласился Деян, лишь бы подальше от княжеского терема со всеми его интригами.

Как и Могута был он неподкупен и честен, за то и привечал его Ярополк, за то и поставил тысяцким.

Воспоминания затуманили очи Деяна: вот скачут дружинные отроки по полям вкруг Вежи, вот устраивают потешные бои, за которыми зорко следит воевода. Давно это было. И времени отписать отцу, как он там, не было, только голова подушки коснётся, как в сон тёмный проваливается, а поутру снова круговерть дел. Вот только и сам отец давно не писал ему. Отчего неспокойно на сердце стало.