Книга Великая княжна Настасья, страница 42 – Айлин Лин

— Так не берём мы пленных, нам они без надобности. Хотя попробовать можно, прибить его недолго, да вдруг признается, где Милава, - Могута задумался и замолчал. Я же размышляла, как можно освободить княгиню, пусть и не родная она мне, да только в плену любому несладко. Стать наложницей хана – печальная участь.

— Скажи, почему меня Настей назвали, не русское ведь имя?

— Это матушка твоя настояла, ты слабенькой родилась, болезненной, повитуха сказала, что не проживёшь долго. Лекари руками разводили. Вот Милава и назвала тебя Анастасией, что значит возвращённая к жизни. И поди ж ты и выжила, и какой красавицей выросла. Вот уже и княгиней стала, - Могута улыбнулся, по-доброму меня рассматривая.

— А не заберёт ли меня Гостомысл? – поделилась тем, что тревожило больше всего. - Вдруг скажет, что девица не может городом править?

Могута глянул удивлённо:

— Так княжество наследуют и дочери, если нет сыновей. К тому же послал я весточку Гостомыслу после боя, где рассказал, как лихо ты с кочевниками управилась, не станет он тебя забирать, раз уж смогла оборонить город. А вот замуж выдать – дело другое. Тут уж от его решения зависит, будь готова, что по весне выберут тебе суженого. Семнадцатый год всё-таки, самая пора.

— А я могу отказать жениху, если не по нраву придётся?

Брови воеводы удивлённо поползли вверх:

— Что ты, Настенька, кто же князю отказывает? Кого тебе выберет, с тем жить и будешь. Батюшку твоего тоже так женили, им с Милавой повезло, душа в душу жили. Может, и сам великий князь Ярополк назначить кого тебе в мужья, весть до Киева дойдёт быстро, что погибли твои родители. Вежа - город непростой, скорее всего, захочет князь здесь своего человека иметь. Готовься к свадьбе, и так в девках засиделась, княгинюшка всё оттягивала, на твою хворость с рождения указывала.

Вот только свадьбы мне и не хватало, не думала я об этом раньше, а сейчас заволновалась: получается, пришлют мне суженного и живи с ним, недовольства не выказывая.

Были все шансы, что не придётся по сердцу назначенный князем благоверный, а коли руку поднимет? Как тогда быть? Терпеть? И ведь не заступится никто, кто же князю поперёк слово скажет. Вот уж не было печали!

Долго ещё вещал воевода о моём детстве, да только мысль о скорой свадьбе всё не давала покоя. Даже ночью не спалось, всё думалось, какой он будет мой муж. Полюбится ли мне, придётся ли по сердцу. Да и как готовиться к встрече? На сей вопрос Могута лишь пожал широкими плечами, сказав, что это дела женские, и он мне не советчик.

Значит, буду уточнять у Алёнки-болтушки, она точно всё расскажет.

С этими мыслями я и поднялась утром. Чернавка, как всегда, спала в моей комнате на лавке.

— Послушай, а приданое моё где?

Девчонка удивлённо покосилась на меня, спросонья потёрла глаза и ответила:

— Знамо где, вон, - кивнула она на большой сундук. - Почитай всё готово, только рубашку жениху вышить осталось.

Вот тебе раз, как же мне с этим справиться? Иголкой я пользовалась крайне редко, а вышивать вообще не умела, не лежала у меня душа к рукоделию.

— А может, вместо меня кто сделает?

— Ну, ты скажешь, княгинюшка! Кто же вместо тебя узоры обережные сделать сможет, что будут твоего суженого хранить?

Вот вляпалась, как же теперь быть? И тут в голову пришла идея: