Книга Алая нить судьбы, страница 87 – Айлин Лин

Празднование должно было стать шикарным и затратным, что Егор про себя называл «Метать бисер перед свиньями», но тер Булаже объяснил леди Мерил за одним из ежедневных завтраков, что это единственный шанс показать его милую Эли и представить ее потенциальным женихам. Ведь следующий за этим осенний бал не даст ей шанса блеснуть — на дебюте будут представлены и другие девушки, и она среди них потеряется и не сможет сверкать бриллиантом. А вот семнадцатилетие — прекрасный шанс показать их достаток и саму дебютантку в выигрышном ключе. Да и сам тер Булаже рассчитывает на то, что, видя его возможности, с ним заключат больше контрактов и это значительно поднимет авторитет в городе и доход в его торговле.

Поэтому стремление «пустить пыль в глаза» - это скорее деловой расчёт, нежели прихоть. Оттого ему так важно было, чтобы его старшая доченька не опозорилась.

Тер Булаже все больше и больше проникался чувствами к леди Мерил, но сдерживал себя в их проявлении. Он понял, что с наскока эту крепость не взять, а вот осадное положение еще ни одна крепость не выдержала, сдаваясь на милость победителя. И начал осыпать подарками ее подопечных.

Егор только качал головой на эту хитрость — как было леди Мерил отказать в милых мелочах: перчатках для леди Элис и рафа Жана, шейных платках и шляпках, которые подросткам были впору, в отличие от заношенных и ставших маленькими тех, что уже имелись.

Затем он принялся делать подарки и самой леди, но тут уж Егор держался стойко и отвечал отказом на любую мелочь. Но ровно до тех пор, как попросил устроить Сошку к теру на работу в конюшню. Во-первых, здорового мужика и кормить надо было соответственно, и жить где-то надо было — компрометировать одинокую леди и юных отпрысков рода дю Лейт ван Аньерских проживанием в одном доме с конюхом было нельзя, это было понятно даже Егору.

Тер Булаже поступил хитро — сказал, что у него есть конюх, и хоть он и собирается расширять конюшню для ведения более крупного бизнеса, и также доверяет вкусу и рекомендациям леди Мерил, но… Но если бы леди была более благосклонна и приняла хотя бы небольшой подарок от тера Булаже, то и он мог бы пойти на уступки.

Егор в полной мере прочувствовал на своей шкуре зависимость женщин от тираничных мужчин, хотя лавочник был предельно вежлив и учтив. Но паутина, в которую он попал, живя здесь, все больше и больше опутывала его, затягивая в совершенно ненужные ему отношения.

Безусловно, ему пришлось согласиться. После того, что Сошка рассказал про Принципуса и свои подозрения о его сговоре с жуликоватым нотариусом, из-за чего прямые наследники рода дю Лейт ван Аньерских оказались в столь плачевном состоянии, выбросить его на улицу было бы нечестно, неприлично и Егору пришлось выкручиваться, как ужу на сковородке. Не обидеть тера Булаже и Сошку, и одновременно не запятнать честное имя леди Мерил.

Поэтому он в ответ на подарок тера — шикарные тонкие длиной до локтя белые перчатки со множеством пуговичек, годившиеся только для бала, тоже сделал ответный ход — приготовил подобие рулетиков лаваша. Вначале он заморозил кислое молоко на леднике, затем выложил его в кусок чистой ткани в кастрюлю, дал за ночь стечь лишней жидкости, добавил туда соли и мелко нарезанного укропа, и вуаля — домашний маскарпоне был готов. Затем напек тонких пресных несладких блинов вместо лаваша, взял на кухне у Мариты, где теперь ему были искренне рады и всегда готовы помочь, свежих огурцов и соленую красную рыбу, и приготовил рулетики, от которых все семейство оказалось в восторге. Исси Элиза захотела такую закуску увидеть на столе в день рождения и Егор заинтересовался — а что же из блюд будут подавать на празднике. И, прочитав список, предложил еще несколько вариантов — пару видов канапе на шпажках из мягкого хлеба без корочки и поджаренных на сухой сковороде гренках, сырные канапе, рулетики из сыра с домашним маскарпоне и добавлением разных специй, опять же канапе из слайсов ветчины, свернутой волнообразно и переложенной кубиками сыра.