Книга Невеста Мороза, страница 45 – Айлин Лин

Мороз расхохотался:

— По нраву ты мне. Не пугайся, Яга не обидит. Собирайся, отвезу тебя к ней.

— Я мигом, – кивнула довольная Марьяна и, замерла, – а с доченькой повидаться смогу?

— Конечно, – ответил Мороз, – чай не в темницу отправляешься.

Женщина радостно улыбнулась и исчезла за занавеской в бабьем куте.

Зорица растерянно смотрела ей вслед:

— Матушка, а мы как?

— Привыкли на всём готовом жить? -хмыкнул Лют, – придётся самой теперь с хозяйством справляться.

— Матушка! – кинулась Зорица к Марьяне, что вышла с небольшим узелком, – не оставляй меня!

Женщина тепло обняла девушку, прижала к себе:

— Я воспитывала тебя, как родную. Но жить здесь больше невмоготу мне. Счастья тебе, доченька, – она погладила её по волосам и кинула Морозу, – всё собрала.

— Добро. Идём, – Лют пошёл вперёд, прихватив в сенях неприметный лапоток.

Марьяна с волшебником вышли на улицу, народ, до сих пор околачивающийся возле их дома, расступился.

Лют прошёл несколько шагов по улице, взмахнул рукой, открывая тропу, взял женщину за руку, и они исчезли.

* * *

Тайя

Утро разбудило меня щебетанием птах, что неслось в приоткрытое окно. Я поднялась с лавки, чувствуя необычную бодрость во всём теле. Энергия буквально бурлила по венам. Хотелось бегать, прыгать, совершить подвиг и ещё кучу безрассудных дел.

Огляделась кругом и обмерла: пол, стол и даже подоконник были засыпаны снегом. В изумлении посмотрела на свои руки. Что это было? Внезапный магический выброс? С чего бы? Вчера ровным счётом ничего сверхъестественного не случилось, не считая залеченные раны сестры. Может, из-за них?

Смела веником снег на крыльцо и, не придумав внятного объяснения произошедшему, потопала к озеру.

— Тайя? – раздался голос Мерцаны. – Что это с тобой?

Удивлённо подняв брови, обернулась к девушке.

— Да ты в воду глянь, – махнула она рукой в сторону водоёма.

Я ускорила шаг и, подбежав к озеру, опустилась на колени. Не может быть! В глади студёной отражалась прежняя Тайя. Глаза снова стали карими, с лёгким оттенком гречишного мёда, волосы потемнели и блестели на солнце точно шёлк, на щеках играл здоровый румянец, кожа была белоснежной. Губы, словно два розовых лепестка притягивали взгляд.

Не веря глазам, провела рукой по воде. Отраженье подёрнулось рябью, а когда успокоилось, там снова появилась я. Красивая! Всегда считала свою внешность заурядной, не понимая, как же на самом деле хороша. Вот точно говорят, что имеем не храним, потерявши – плачем.

С удовольствием умылась студёной водой, улыбнулась отражению.

— Что за волшебство такое? – спросила Мерцана, застывшая неподалёку.

— Это и есть моя настоящая внешность. Околдовали меня. Ой! – только поняла, что могу говорить о заклятье Стужайло! Значит? Значит, больше его чары не властны надо мной?!

— Как это? – Мерцана хлопала глазами, ничего не понимая.

— Садись, – указала я на наше брёвнышко, – расскажу.

Забыв про завтрак, мы устроились рядышком, и я поведала подруге, что сотворил со мной старый колдун.

— Только сами чары не исчезают, – с сомнением посмотрела на меня Мерцана, – кто-то заставил.

— Стоит ли забивать этим голову, если узнать всё равно пока не можем? Главное, что я снова прежняя! – рассмеявшись, обняла подругу.

Из озера выглянул водяной, оценивающе оглядел меня сверху донизу. Мы с Мерцаной пошли к терему, а сзади раздался совершенно пижонский свист. Девушка толкнула меня в бок: