Книга Графиня Леваньер. Тайна живой стали - 2, страница 147 – Айлин Лин

— Н-но…

— Я всё знаю, все твои мысли, все твои чувства, ведь я никогда не уходила, я всегда была рядом с тобой, вот здесь, - и мягко прижала ладонь туда, где… БИЛОСЬ моё сердце.

— Мам, я боюсь, - сморгнув набежавшую влагу, заглянула в её прекрасные глаза, полные любви ко мне. К её ребёнку.

— Того, что ты больше не суперчеловек? Что ты снова стала беспомощной калекой? - договорила она то, что было у меня на уме.

— Да… - прошептала я.

Исо вдруг перестала хмуриться и широко, ласково улыбнулась:

— Не наниты сделали тебя той, кем ты стала. Твои поступки, любовь к миру, людям, всему сущему. Поэтому они вошли с тобой в резонанс, стали частью тебя, подчинились тебе. Потому что ты необыкновенный человек. И никогда не изменяла себе, даже в мыслях…

— Мама, мы ведь увидимся вновь? - выдохнула я, боясь разжать пальцы, боясь отпустить ту, которую никогда не знала.

— Когда придёт время, я буду ждать тебя здесь, любовь моя. Всегда. - Исо наклонилась ко мне и нежно поцеловала в лоб. - А теперь иди. У тебя ещё ворох незавершённых дел.

* * *

Первое что я ощутила - это запахи сырой земли и гниющих растений, а после на меня резко обрушились звуки, дезориентируя, буквально вбивая молотом в землю. Само небо падало смрадным пеплом, окутывая меня в плотный саван. Но ни это жуткое покрывало, ни этот отвратительный шум в ушах, не могли перебить накатившую на меня боль.

Меня словно разорвало на тысячи маленьких Гвендолин, и сейчас эти крохи стремились соединиться вновь.

Как ни пыталась, я не смогла почувствовать нанитов в своей крови, дозваться их… Вместо них ощутила всё нарастающее непривычное жжение в центре груди, рядом с лихорадочно колотящимся сердцем.

Как вдруг… Второе, прежде безмолвное, не подающее признаков жизни, сделало удар.

Тук. Тук-тук. Тук-тук-тук.

Жжение всё усиливалось, причиняя мне невыносимые страдания, и я не выдержала и закричала.

Перед внутренним взором будто родилась новая звезда. Ослепительная, безжалостная… Моя…

Из магосердца хлынул поток жидкого золота, затопивший мои вены. Столб света, прежде видимый лишь мне одной, наверняка узрели и другие, поскольку он ударил из моей груди вверх, испепеляя упавшие на меня остатки проклятой Пелены.

Сила хлынула, склеивая меня воедино. Она была неистовой, как шторм, сметающей всё на своём пути: страхи, сомнения, переживания.

Я чувствовала, как магия этого мира собирает меня заново, как она выжигает остатки металла из моей крови, заменяя холодную логику машин живым, дышащим пламенем волшебства.

А потом пришла тишина.

Боль отступила, растворилась, будто её и не было.

И я открыла глаза.

Надо мной простиралось небо…

Синее-синее. Бескрайнее. Бесконечно прекрасное.

Пелена же серым пеплом медленно, словно снег, опускалась на землю. И лишь слегка портила вид небесного свода.

А солнце… Солнце пылало! Огромное, яркое, невероятное, слегка обжигающее… Оно висело над миром, словно око самого Создателя, заливая пространство золотым светом. Его лучи касались моего лица, волос - нежно, как руки любящей матери.

Я чувствовала, как его тепло проникает сквозь одежду, наполняя меня, разливаясь по венам. Это не было похоже на жар костра или горячую воду. Это было тепло жизни. Тепло надежды. Я закрыла глаза, с наслаждением подставляя лицо ласковым лучам.