Книга Бывший. Ты только моя, страница 32 – Алена Шашкова

Все заканчивается так же быстро, как началось. Ник резко отстраняется, глядя на меня опасным, раздраженным взглядом.

Я пытаюсь отдышаться, но дыхание настолько поверхностное, что непонятно, как мне вообще хватает воздуха, чтобы не потерять сознание. Касаюсь пальцами опухших губ. Что это было?

Ник делает шаг назад, сжимает челюсти и, прищурившись, сверлит меня взглядом.

— Сделай так, чтобы я тебя сегодня больше не видел, — рычит он. — Иначе займу тебя делами так, что долго не будет времени с сыном увидеться.

Он разворачивается и широкими шагами выходит из кабинета, даже не закрыв за собой дверь. Откидываю голову, опираясь на стекло, и прижимаю ладони к горящим щекам, пытаясь унять жар.

Тиолла, ты ходишь по краю, по тонкому льду. Нельзя. Обманувший раз, обманет снова.

Ник играет, как кошка с пойманной мышкой. Но смогу ли я соблюдать правила игры? Должна. Надо собраться, у меня все получится.

На столе загорается одно из стоящих в банке перьев, и оно само начинает переписывать с того места, на котором я остановилась. Давлю в себе очередной приступ возмущения тем, что Ник дал мне одну из самых бесполезных работ.

Боги! Помогите мне. Не попадаться на глаза Нику? Легче сказать, чем сделать. У меня создается впечатление, будто нас тянет друг к другу, как магнитом.

Иду в детскую — туда уж Ник точно не пойдет, беру Риана и, чтобы дать возможность Берте немного отдохнуть, направляюсь с сыном в сад. На небольшой полянке Риан замечает бабочку и начинает радостно за ней бегать, периодически сваливаясь на попу и весело хохоча.

Я присаживаюсь на лавочку и грустно улыбаюсь, глядя на него. На сердце становится чуть светлее и тише, когда я знаю, что он может вот так громко и свободно смеяться. И когда надеюсь, что планы моего мужа сделать из него мастера теней не осуществятся.

Мое самое большое счастье в жизни и самый большой секрет. Снова приходит мысль, не рассказать ли мне Нику правду? Но… Он мне совсем не верит. Я понимаю, как мне будет больно, когда Ник в очередной раз назовет меня лгуньей.

— Здравствуй, грустная мышка, — слышу я знакомый голос. — В прошлый раз у тебя хотя бы видимый повод для грусти был. Но у тебя и сейчас в глазах печаль всего мира.

Поднимаю глаза и замечаю того самого парня, трубочиста, который пожалел меня, когда я стирала камзол Ника. Он спрыгивает с веток одного из деревьев (что он там делал?!) и подсаживается ко мне на лавочку.

Я пожимаю плечами и чуть отодвигаюсь, давая ему место устроиться рядом.

— Я Флай, — представляется он. — А ты Тина?

Киваю, радуясь, что мне не надо представляться.

— Про тебя уже второй день все галдят. Особенно Эйнд возмущается, что ты слишком нерасторопна. Но ты не переживай, ей вообще никто не может угодить.

Он смотрит на меня внимательнее, останавливает взгляд на руках, плечах, долго вглядывается в лицо. Мне не очень комфортно, но не могу сказать, что неприятно. В этом взгляде скорее исследовательский интерес и чистое любопытство, чем какие-то темные мысли.

Я отвожу глаза и, стараясь не сильно смущаться, слежу за сыном, который теперь высматривает кузнечиков в траве. Один из них прыгает Риану прям на нос, отчего тот чихает и снова заливается смехом.

— Ты же не из простых, да? — внезапно спрашивает парень. — Где твой амулет?