Книга Бывший. Ты только моя, страница 20 – Алена Шашкова

Ловлю несколько служанок, и пятая рассказывает мне, что господин Сайланд вышел в сад.

Сад, значит. Я замок-то еще не запомнила, а теперь в парке кружить? С другой стороны, ладно. Позже найду его, позже получу очередное унизительное задание.

Бросаю взгляд на коридор, ведущий к детской и перебарываю желание подняться и провести остаток дня с сыном. Побеждает страх, что Ник может вообще запретить мне видеть Риана.

Сад кажется просто необъятным. Он уступами спускается вниз, каждый уступ оформлен по-разному, а в центре — шикарный каскад из фонтанов. И куда мне дальше?

Выбираю последовательное изучение всех ярусов. Проходу первый, наслаждаясь розовыми кустами, цветущими даже в начале осени. Затем второй с зелеными кустами причудливых форм, а потом сворачиваю на дорожку, спускающуюся к третьему ярусу, засаженному деревьями, и слышу голос Ника.

Нашла! Выбираю тропинку, которая должна привести к нему, даже подбираю юбку, чтобы быстрее дойти. Но тут слышу женский голос. Это та самая женщина, что приехала в гости.

Они говорят негромко, слов не разобрать. Но внезапно я слышу смех Николаса. Искренний, довольный. Он смеялся так… давно.

Подхожу ближе и в прогале между деревьями вижу их. Ника и эту женщину. Они стоят у беседки: она лицом ко мне, с обезоруживающе доброй улыбкой и блеском в глазах, а он спиной ко мне.

На нем все та же белая сорочка, которая обтягивает его широкие плечи, только теперь рукава ее неформально завернуты. Цвет рубашки сильно контрастирует с загорелой кожей и делает очевидным, что все эти рельефные мышцы — результат долгих тренировок.

— Я так рад, что ты приехала, — говорит Ник. — Скучал.

— Сам-то что давно меня не навещал? — перекидывает ему упрек женщина.

— Времени не было, ты же знаешь.

Тут женщина делает шаг назад и подворачивает ногу. Ник подхватывает ее, уберегая от падения, склоняется и…

О, боги! Он ее сейчас поцелует! Сердце сжимают тиски, становится жутко неловко и больно. Краска приливает к щекам, а на глаза наворачиваются слезы.

Я поворачиваюсь, чтобы не смотреть, цепляюсь за ветку дерева, спотыкаюсь и с громким “Ой!” падаю на тропинку.

Уф! Какой позор! Не только из-за того, что я увидела этот момент — а ведь явно не предполагалось, что кто-то будет свидетелем поцелуя, учитывая уединенность места. Мне еще жутко стыдно из-за чувства, которое кольнуло мне грудь. Я не имею на него никакого права, но оно чернильным пятном растекается по моей душе. Ревность.

— Что там случилось? — спрашивает женщина.

Ничего! Меня тут нет! Целуйтесь дальше! Я пытаюсь скрыться за деревьями и замираю в надежде, что меня все же не заметят. Жмурюсь и даже задерживаю дыхание, жалея о том, что не могу никак заглушить громкий стук своего сердца.

— Ничего, — отвечает Ник, а я слышу ухмылку в его голосе. — Тут просто… Мыши шуршат и пищат.

Я слышу стук каблучков по мощеной дорожке, а потом мягкие шаги по грунтовой дорожке.

— Ну да, мыши, которые говорят по-человечески, — скептически и немного с укором мелодично говорит женщина и останавливается рядом со мной. — Тина?

Надо же, как она быстро запомнила мое имя. Я выхожу из-за дерева и стараюсь не смотреть на нее. Но все равно то и дело поднимаю взгляд. Невольно сравниваю нас.

Она в дорогом платье, с улыбкой на лице, будто излучает свет. И я в невзрачной одежде, которая, к счастью, скрывает синяки. Бесправная и теперь безродная. Естественно, я проигрываю это сражение. Хотя… Я его давно проиграла.