Книга Истинная одержимость дракона, страница 28 – Алиса Князева, Алена Шашкова

Я поднимаю взгляд на ректора. Очень хочется верить, что ошиблась, но в чёрных глазах я читаю подтверждение, что поняла всё правильно.

Вашу ж мать… Я — фаворитка императора.

Во рту мгновенно пересыхает. КАК можно было так вляпаться?

Мысль о продолжении рода императора вызывает тошноту. Стараюсь дышать глубже, чтобы подавить это противное чувство. А ещё думать о чём-то другом.

Больше всего мне сейчас хочется, чтобы кто-то сказал, что это всё ерунда и меня точно не коснётся, но то, что я видела в глазах ректора, напрочь лишает меня надежды.

Он знал… После моей встречи с императором понял, что я особенная. И поэтому позаботился? Потому что надо сохранить такой уникальный экземпляр цветника? Как мило.

Поднимаю глаза и снова ловлю на себе взгляд Тенгера. Глубокий, завораживающий, затрагивающий в моей душе какие-то струны, которые начинают петь.

О чём я, орк вас всех подери, опять думаю?

— У тебя всё хорошо? — мне на руку ложатся пальчики Илли. — Ты вся бледная.

— Здесь просто душно. От всяких утомительных лекций, — еле слышно шиплю я и утыкаюсь в записи.

Кажется, ректор ехидно хмыкает, но я делаю вид, что не обращаю внимания. Не мог же он услышать? Я сама еле разобрала, что сказала!

Старательно вывожу слова на бумаге, концентрируясь на буквах и как можно меньше вникаю в то, что рассказывает Тенгер. Может, если я буду плохо учиться, я буду не нужна никому? Не раскрыла потенциал и всё такое?

Ректор, будто понимая моё состояние, больше не трогает меня до самого конца лекции. Пару раз замечаю, что тот придурок, Тимонт, периодически оглядывается. Меня бесит липкость и высокомерность его взгляда. Почти так же, как у императора. И ведь не пугают его наказания ректора…

— Все свободны, — наконец, заканчивает занятие Тенгер.

Я облегчённо выдыхаю, потому что рука уже просто отсохла столько писать.

— Я пойду к девчонкам в нашу гостиную, — щебечет Илли. — Магда же старше, её сразу на второй курс отправили. Мне до жути интересно, что там дальше будет! А ещё обещали рассказать, когда в следующий раз император прибудет. Говорят, тогда же заберут старших девочек. Ты со мной?

Конечно, надо бы пойти. Но я чувствую, что лишнее упоминание об императоре точно мне сейчас не нужно.

— Скажи, а есть места, куда нам тут можно ходить безопасно, так, чтобы потом не схлопотать?

Конечно, я мало на что надеюсь, но вдруг.

— Ну… — она пожимает плечами. — Есть дальняя оранжерея и выход в парк из неё. Говорят, что это территория только для цветника. Но там за девушками всегда наблюдают охранники.

Я киваю. Понятно. То есть в одиночестве не останешься. А мне сейчас очень не хочется никого видеть.

Илли хватает сумку и, потупив глаза, как и положено «цветочку» выскальзывает из аудитории. Я, намеренно чуть дольше проковырявшись со своими записями, покидаю аудиторию одна из последних, потому что ну совсем не хочется проходить мимо ректора.

Но этот невыносимый мужлан будто специально дожидается меня.

— Этеринга, — окликает Тенгер, когда я иду мимо его стола. — Напоминаю, что свод правил ждёт тебя вечером в моём кабинете.

Голос мягкий, обволакивающий. Как будто он говорит не о зубрёжке, а о свидании. Почему-то эта мысль заставляет пробежать мурашки по моей спине.

— Так точно, господин ректор, — пытаясь скинуть с себя это дурацкое наваждение огрызаюсь я.