Книга Истинная ученица дракона, страница 73 – Алена Шашкова

— Вы думаете? — с сомнением переспросила девушка. — А если…

— Вот когда будет это “если”, тогда и решишь, — шаги Геральда приближались к двери. — А теперь беги, а то занятия пропустишь.

“А я, значит, не пропущу”, — внутренне возмутилась я. Еще неизвестно, сколько он меня у себя продержит.

Дверь открылась, и оттуда выскочила взъерошенная и растрепанная Берта. Она улыбнулась Геральду и ушла вдаль по коридору.

— Вызывали, эн Азаро? — спросила я.

— Вызывал, — ухмыляясь, он посадил меня в кресло. — Я знаю, что ты была тогда с ректором.

Я вся напряглась, сила рванула к кончикам пальцев, начиная пульсировать. Я сразу поняла, о каком “тогда” он говорит.

— Но ничего, кроме твоих слов, у тебя нет, — жёстко отозвалась я.

— Нет, — он продолжал улыбаться, и от этой улыбки мне становилось очень неуютно. Ничего хорошего она мне не сулила. — А вот у Берты есть.

— К чему ты клонишь?

— У меня к тебе есть предложение.

Я выжидательно смотрела на Геральда, пока он с победным видом наслаждался моим положением.

— Ты сделаешь так, чтобы твой дракон добровольно женился на Берте, — заявил он. — И без протестов выйдешь замуж за меня.

Я на мгновение забыла, как дышать. Это предложение больше звучало как ультиматум. При чем было точно понятно, что ещё не все карты он выложил на стол. И это не азартная игра, в которой богиня могла бы мне помочь.

— Он не согласится. И сделает всё, чтобы не допустить свадьбы с тобой, — твёрдо, насколько позволяла мне внутренняя дрожь, ответила я

— Конечно, нет, моя дорогая Аниела, — издевательски пропел Геральд. — Только если ты не потребуешь провести обряд.

Сердце сжалось. Последняя фраза Геральда камнем упала в душу, взбаламутив в ней все тревоги и сомнения последних дней. Я помотала головой. Нет, я не пойду на это. Так нельзя. Нельзя просто так взять и разорвать нечто настолько ценное, как наша с Максимусом связь.

— А чтобы ты не сомневалась, Аниела, я тебя предупреждаю. Берта очень внимательно ко мне прислушивается, и она будет молчать, пока я ей так говорю. Но если будешь упрямиться ты, или твой дракон, Берта расскажет королю, как её соблазнил, лишил невинности и выгнал из комнаты “уважаемый ректор”, — продолжал свою словесную пытку Геральд. — А я скажу, что видел её. В разорванном платье, со слезами и в куртке эна Гордина. Как ты думаешь, кому поверит король? Любимой подопечной жены и канцлеру, который вообще не заинтересован врать? Или дракону, который давно перестал прислушиваться к советам нашего всемудрого монарха?

Его улыбка всё больше становилась похожа на оскал, а в глазах всё больше разгорался огонь злорадства. Он был прав. И эта ситуация не могла принести ничего хорошего Максимусу. Да и мне тоже.

— А хочешь, расскажу, что будет дальше? — я не представляла, откуда он берет всю ту ненависть, которую вкладывает в слова. — Дальше на дракона наденут сдерживающие наручники и посадят в камеру, лишающую магии. И он там, вдали от тебя, будет неотвратимо быстро сходить с ума, пока окончательно не сдохнет.

Последнее слово он выплюнул и расхохотался. Я смотрела на этого полубезумного ангела, и не могла поверить, что можно испытывать такое наслаждение от страданий, даже от мыслей о страданиях, другого человека.

Мне было нечего ответить, а впивалась ногтями в ладони, чтобы перебить физической болью отчаяние, которое пронзало насквозь душу.