Книга Развод в 46. В его компании меня не существует, страница 53 – Виолетта Весна

— А ты что предлагаешь? — спросила Тамара.

— Отказаться от пакета в нынешнем виде. Сначала завершить аудит старых работ. Если после этого «Рубеж» готов обсуждать финансирование без отказа от требований, рассмотреть отдельно.

Алексей повернулся к нему.

— Это позиция технического директора или человека, связанного с Инной?

Вопрос был законным и неприятным. Я не вмешалась.

— Технического директора, — ответил Павел. — Личная связь раскрыта. Именно поэтому решение должен принять комитет без моего голоса. Я передаю факты: неизвестный объем скрытых работ, незавершенное обследование, условие об отказе и моя предложенная выгода.

— Если сделка даст деньги на проект, отказ тоже несет риск, — сказал Алексей.

— Да. Его надо посчитать. Но нельзя обменять неизвестное требование на обещанное финансирование, не установив хотя бы диапазон.

Тамара попросила финансового директора показать остаток резерва и прогноз на первый квартал. Денег хватало до конца февраля при текущем графике, но повторные работы могли создать дефицит. «Рубеж» предлагал удобный запас, только цена запаса не была определена.

Я изучала список активов «Северного контура». Там были два крана, парк малой техники, складские остатки и права по трем договорам. По некоторым позициям цена составляла шестьдесят процентов от ориентировочной рыночной. Если Сергей продавал их ради срочного финансирования, чистая стоимость компании могла снизиться. Но я не знала состояния техники, долгов и условий залога. Для моего суда этот список был не доказательством стоимости, а сигналом, который следовало передать оценщику законным путем.

— У меня тоже конфликт, — сказала я. — Сделка может повлиять на стоимость спорного имущества. Я не должна участвовать в решении АНО. Но прошу сохранить материалы и передать запросы через юристов, если они относятся к оценке.

— Ты не входишь в голосующий состав, — ответила Тамара. — В протоколе отметим раскрытие и твой выход из обсуждения условий.

Я собрала бумаги и перешла в соседний кабинет. За дверью продолжался разговор. Мне хотелось знать, как голосует Павел, хотя он уже отказался от голоса. Хотелось услышать, защищает ли Алексей будущую сделку и какую сумму «Рубеж» готов дать. Но право Инны в имущественном споре не превращало меня в участника закупочного решения АНО.

Через час вышел Рашид.

— Комитет отклонил соглашение об отказе от требований, — сказал он. — Финансирование готовы обсуждать после обследования и без общей оговорки об освобождении.

— Единогласно?

— Павел и Алексей не голосовали как представители потенциального выгодополучателя. Остальные — единогласно.

— Что будет с его предложением?

— Спроси у него.

Павел появился через несколько минут. Мы прошли в пустой кабинет, где я оставила ноутбук.

— Ты знал условия вчера? — спросила я.

— Услышал на встрече. Письменный документ пришел ночью. Утром его получил комитет.

— Почему не позвонил мне?

— Потому что сначала должен был раскрыть предложение тем, чьи решения оно затрагивает. Если бы начал с тебя, могло показаться, что мы согласовали общую позицию до заседания.

— А сообщение о том, что речь идет о покупке активов Сергея?

— Написал бы после регистрации письма у Тамары. Она назначила комитет на девять, мы приехали раньше.