Книга Ненужная жена генерала. Семейный штаб закрыт, страница 70 – Виолетта Весна

— Ведомственный центр отвечает за оперативную обстановку, безопасность маршрутов и работу официальных подразделений, — сказал он. — Постоянный регламент закрепляет обмен сведениями с муниципальным исполнителем. Решения по людям, договорам и ресурсам АНО принимает его руководство.

Журналист, которого я помнила по мартовскому открытию, поднял руку.

— Владислав Михайлович, весной вы сообщали, что организация вашей супруги войдет в центр. Теперь ваша бывшая супруга получила городской договор. Можно ли считать, что семейный спор завершился компромиссом за бюджетные деньги?

В зале стало тихо. Четыре месяца назад Владислав начал бы с объяснения наших общих заслуг или попытался бы защитить мою репутацию лучше меня самой.

— Я могу отвечать за действия своего управления, — сказал он. — Мое мартовское заявление о присоединении было неверным. Конкурс проводил муниципалитет, я заявил отвод и не участвовал в оценке. Вопросы о позиции АНО задайте его руководству.

Журналист повернулся ко мне.

— Ольга Борисовна, тогда вы считаете договор итогом семейного конфликта?

— Нет. Это итог отбора, четырех месяцев проверок и исправления наших собственных ошибок. Семейные решения не входят в предмет договора.

— Вы продолжаете общаться с бывшим мужем?

— Следующий вопрос по работе организации.

Лариса открыла таблицу показателей, и встреча вернулась к делу. Владислав не добавил ни слова. Он не попытался смягчить мой отказ шуткой и не сообщил за нас, какие отношения нас связывают.

После встречи мы с Ларисой спустились во двор администрации. Вика и Тимофей ждали у служебного автомобиля с четырьмя стаканами кофе.

— Без торта, — предупредила Вика. — Вечером закажем нормальный. Сейчас у нас в два часа плановая смена.

Тимофей протянул Ларисе кофе.

— Я поставил задачу на торт в систему. Результат подтвердит второй администратор.

— Очень смешно, — сказала она.

После апрельского разбора он получил письменное замечание и лишился права единолично менять настройки. Мы не уволили его. Полтора месяца он работал под двойной проверкой, затем вернулся к части административных задач. Второй администратор по-прежнему подтверждал изменения. Тимофей перестал воспринимать это как недоверие лично к нему.

— Поздравляю, — сказал Владислав за моей спиной.

Я обернулась. Он остановился на расстоянии, с которого не приходилось отступать, и обращался ко всем четверым.

— Спасибо, — ответила Лариса. — Мы вас тоже поздравим, когда подпишут постоянный регламент.

— После вашей финальной правки его отправили юристам. Надеюсь, в сентябре.

— Надежду к отчету не приложишь.

— Поэтому дату не обещаю.

За четыре месяца он научился разговаривать с моей командой без ссылки на меня. Лариса могла отказать ведомственному центру в срочной задаче, если у нас не было свободной линии. Тимофей мог вернуть карточку с неполными данными. Вика один раз потребовала заменить связного, который звонил добровольцам напрямую. Владислав ни разу не позвонил мне, чтобы отменить их решение.

— Ты сегодня свободен в семь? — спросила я.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Да.

— Приезжай ко мне. Я приготовлю ужин.

— Что принести?

— Хлеб и минеральную воду. Адрес у тебя есть.

— Есть. В семь.

Он не спросил, почему именно сегодня. Я села в машину организации, а он вернулся в администрацию.