Книга После развода в 42. Новая жена бывшего пришла ко мне за помощью, страница 14 – Виолетта Весна

— То есть вы работали до появления моих документов, — сказала я Михаилу.

— Да. Ваша подпись не была причиной аудита.

Эта фраза имела значение. Сергей не мог объяснить проверку только нашей старой историей, хотя наверняка попытается.

— Сохранился исходный файл фотографии? — спросила я.

— У фонда, вместе с письмом, — ответила Елена. — Мы не считаем его доказательством. Завтра проверяющие увидят маркировку сами.

— Завтра? — уточнила я.

— «МодульГрад» подтвердил допуск на среду, восемь тридцать. По договору мы можем осматривать изготовление и требовать документы по партии. Уведомление направлено в пятницу. Представитель завода будет присутствовать.

Михаил разложил перед нами список задач.

— Мы не отбираем образцы завтра. Сначала сверяем маркировку, сертификаты, журнал входного контроля и номера модулей. Если возникает расхождение, согласовываем отдельный отбор с представителями сторон и лабораторией. До результатов я не называю материал опасным.

— А приемку можно остановить? — спросила я.

— Фонд может не подписывать этап, если документы и фактическая партия не соответствуют договору, — сказала Елена. — Это решение фонда, не аудитора.

Михаил посмотрел на меня.

— И не финансового консультанта.

— Я запишу крупно.

Уголок его рта едва изменился, но он сразу вернулся к списку. Шесть лет назад Михаил смеялся чаще. Я помнила это лучше, чем имела право показывать.

Елена ушла на звонок с банком, оставив нам доступ к папке договора. Соглашение о конфиденциальности я подписала при юристе фонда. Затем получила учетную запись с ограниченным сроком и начала строить перечень документов прямо в переговорной.

Михаил работал за соседним краем стола. Он сверял спецификацию с сертификатами и отмечал вопросы короткими комментариями: марка, изготовитель, партия, дата выпуска, документ о поступлении. Мы не разговаривали около двадцати минут. Молчание было рабочим: каждому хватало собственной задачи.

В отчете «МодульГрада» первая партия достигла семидесятипроцентной готовности двенадцатого августа. К четырнадцатому были закрыты наружные стены восемнадцати модулей. Этот этап подтверждался фотографиями, которые фонд получил вместе с запросом второго платежа.

Я открыла счет от «ПраймПанели». В нем значилась изоляция марки, указанной в спецификации. Счет выставили двадцать шестого августа, оплатили двадцать седьмого. Товарная накладная была датирована двадцать восьмым. В приложенной копии складской отметки стояло двадцать девятое число.

Я сверила номера и повторила последовательность еще раз. Ошибка могла быть в датах отчета, поставка могла пройти раньше по другому документу, а счет выставили позже. Но в пакете фонда никаких промежуточных накладных не было.

— Михаил.

Он подошел с другой стороны стола.

— Что?

— На каком этапе изоляция оказывается внутри наружной стены?

— До установки внутренней обшивки и герметизации контура. Почему спрашиваете?

Я развернула экран. Он прочитал строки сам.

— Готовность стен четырнадцатого августа, — сказала я. — Материал по этим документам поступил двадцать девятого.

— Если даты верны.

— Поэтому мне нужен журнал входного контроля и первичные документы по более ранним поставкам. Фонд их запрашивал?

Михаил открыл свой список. Запрос от пятницы включал сертификаты и журнал, но завод прислал только сводную таблицу. В ней партия изоляции появилась двадцать девятого августа. Номер совпадал с накладной «ПраймПанели».