Книга В разводе. Прости, что сделал больно, страница 18 – Виолетта Весна

Но в нем вдруг проступило что-то более личное. Как будто он говорил не только по опыту работы, но и по знанию человеческой природы. — Вы часто такое видите? — спросила Алина. — Достаточно. — И что обычно делают женщины? Артем закрыл папку. — Сначала плачут. Потом пытаются понять. Потом ищут, где были недостаточно хороши. И только потом начинают задавать правильные вопросы. — А правильные — это какие? — Куда ушли деньги. Когда началась подготовка. Что оформлено. Кто что знал. Где факты. Он чуть подался вперед. — Вы уже на этой стадии. Это хорошо. Почему-то именно от этого «это хорошо» в груди стало теплее. Без флирта. Без игры. Просто как будто кто-то отметил: ты не рассыпаешься, ты движешься. Они работали еще почти час. Алина отвечала на вопросы, вспоминала поездки, переводы, даты, разговоры. Иногда сбивалась. Иногда злилась. Иногда сама ловила себя на том, как раньше не замечала очевидного. Когда они закончили, Артем проводил ее до выхода из кабинета. В коридоре было уже почти пусто. Он шел рядом спокойно, не слишком близко. У лифта остановился. — Сегодня постарайтесь не крутить это все в голове по кругу. Она чуть усмехнулась. — Сложный совет. — Знаю. Но все равно полезный. Лифт еще не приехал. Они стояли молча несколько секунд. Потом Артем сказал: — И еще. Ваш бывший муж скоро начнет нервничать. Алина подняла глаза. — Почему вы так думаете? — Потому что вы перестали быть предсказуемой. И как только он это произнес, ее телефон завибрировал в сумке. Она достала его. На экране — Максим. Алина медленно подняла взгляд на Артема. Тот увидел имя, но лицо его не изменилось. Только в голосе появилась еще большая собранность: — Я же говорил. Телефон продолжал вибрировать в ее руке. Максим. Первый звонок за весь день. И Алина вдруг ясно поняла: да, он начал нервничать.

Телефон вибрировал у нее в руке так настойчиво, будто сам Максим не звонил, а врывался обратно в ее жизнь через экран.Алина несколько секунд смотрела на имя.Раньше от одного его звонка у нее внутри все собиралось в привычный узел: что случилось, в каком он настроении, что ему нужно, как ответить правильно, чтобы не вызвать раздражение. Сейчас было иначе. Напряжение осталось, но к нему примешивалось новое, почти холодное чувство — она больше не принадлежала этому механизму целиком.— Возьмете? — спокойно спросил Артем.Она подняла на него глаза.Он не выглядел ни любопытным, ни напряженным. Просто ждал ее решения.— Да, — сказала Алина.И сама удивилась, как ровно прозвучал голос.Она нажала на вызов.— Слушаю.Максим ответил не сразу. Наверное, ожидал другой интонации — испуганной, настороженной, более мягкой.— Где ты?Вот так.Без приветствия.Без лишних слов.Сразу с вопроса, в котором по-прежнему жило право требовать.Алина прислонилась плечом к стене возле лифта.— Это имеет значение?— Ответь нормально.Голос у него был глухой, сдержанный, но она уже слышала под этой сдержанностью злость.— Я ответила нормально. Что тебе нужно?На том конце повисла короткая пауза.Потом Максим произнес:— Мне не нравится, что происходит.Алина едва не усмехнулась.Конечно.Ему не нравится.Не измена, не ложь, не выведенные деньги, не публичное унижение с любовницей. Ему не нравится то, что она перестала вести себя удобно.— А мне, Максим, не понравилось многое раньше. Ты как-то пережил.Рядом стоял Артем, не вмешиваясь, не делая вид, что не слышит. Просто был рядом — и от одного этого Алине становилось легче держать голос.— Ты сейчас разговариваешь не так, как обычно, — сказал Максим.— Привыкай.Он выдохнул раздраженно.— Я хочу встретиться.— Зачем?— Надо обсудить некоторые вещи.Опять.Некоторые вещи.Фраза, за которой он всегда прятал главное.— Обсуждай по телефону.— Нет.— Тогда в сообщении.— Алина, не усложняй.Она закрыла глаза на секунду.Как же быстро он снова попытался занять привычную позицию — будто она капризничает, а он взрослый человек, который пришел решать.— Я ничего не усложняю, — сказала она. — Я просто больше не согласна бегать к тебе по первому звонку.— По первому звонку? — в голосе Максима прозвучало что-то опасно спокойное. — Ты серьезно сейчас?— Абсолютно.Он замолчал.Алина чувствовала, как у нее чаще бьется сердце, но голос оставался ровным.— Если тебе есть что сказать, говори.— Не по телефону.— Тогда не сегодня.Тишина стала тяжелее.Потом Максим спросил:— Ты одна?Вопрос прозвучал слишком быстро.Слишком точно.И в этот момент Алина поняла: это не просто попытка поговорить. Он проверяет. Щупает. Ищет, что изменилось. Почему она вдруг отвечает иначе.