Книга Развод с драконом. Три наследника без короны, страница 69 – Виолетта Весна

Я поднялась в галерею. Трое устали и хотели домой.

— Все закончилось? — спросил Тавен.

— Коронация — да. Договор подписан, власть избрана. Новый закон будут готовить дальше, но ваших назначений больше нет.

— Совсем? — уточнила Илса.

— Совсем.

— А если я сама захочу поехать в Норвен потом?

— Сможешь выбрать учебу, когда подойдет возраст, — сказала я. — Сегодняшний запрет не запрещает тебе будущий выбор.

Тавен попросил копию решения. Корин спросил, можно ли теперь работать у Лиаса, если мастер не окажется занят судом. Их следующие желания не совпадали, и это было нормальным.

Корин посмотрел на отца, который стоял у лестницы без короны.

— Ты где теперь живешь?

— Сегодня во дворцовой гостевой комнате, — ответил Кейран. — Потом найду дом. Дворец принадлежит должности.

Дети поехали со мной. Кейран сел в отдельную карету, как требовала наша жизнь после развода.

Поздно вечером он пришел на улицу Мастеров и остался у ворот, пока я не пригласила войти.

К тому времени дети спали. Мы сели в кабинете, но я не открывала ни одной государственной папки. Кейран сообщил, что освободит личные комнаты во дворце за три дня, имущество перевезет на склад и временно снимет небольшой дом недалеко от нас. Он не просил поселиться в моем доме.

— Детские комнаты во дворце? — спросила я.

— Останутся доступными до конца месяца, потом подготовлю комнаты в новом доме. Ночевки временно перенесем, если они не захотят жить среди ящиков.

— Обсудим с каждым.

— Да.

— Я не прошу вернуть прежний брак, — сказал он. — Его порядок причинил вам вред. Прошу разрешить ухаживать за тобой заново: без права распоряжаться твоей работой, домом и решениями. Ты можешь остановить это в любой момент.

— И ты можешь сказать, если не согласен, вместо того чтобы готовить решение через канцелярию.

— Скажу.

— Тогда попробуем. Это согласие на отношения, не на новую свадьбу.

— Понимаю.

— И еще. Ухаживание не означает ежедневные подарки детям и появление без расписания.

— Я собирался пригласить тебя на прогулку, не покупать согласие семьи.

— Приглашай заранее.

— Через два дня вечером?

Я проверила собственные обязанности и согласилась. Это был первый наш план, который не касался государства или опеки.

Он ушел до ночи. На следующее утро мы должны были обсуждать детское расписание, его переезд и мою работу. Решение попробовать еще раз не освобождало нас от этих разговоров. Оно впервые позволяло вести их на равных.

Через десять месяцев я остановила присягу протектора на второй строке.

Налия пропустила обязательство о публичном отчете. Она сама заметила ошибку, вернулась к началу пункта и произнесла его полностью. Двери зала оставались открыты, два независимых писца вели записи, а любой участник мог отказаться до подписи.

Это была первая ежегодная присяга по новому закону и моя первая большая церемония как главы Палаты.

После завершения я проверила книги. В одной время остановки отличалось на минуту: писец смотрел на часы у западной стены, которые отставали. Мы внесли пояснение и назначили мастера проверить механизм. Новый порядок тоже допускал ошибки; разница состояла в том, что теперь их замечали и исправляли открыто.

Эдра сидела среди свидетелей как обычный приглашенный специалист. Она ушла с должности по собственному решению, передала мне архив и первые три месяца проверяла каждое сложное назначение. Когда комиссия выбирала нового главу Палаты, Кейран не участвовал в обсуждении. Мою кандидатуру поддержали распорядители, городские советы и двое делегатов, которые прежде голосовали против протектората. Решение не было подарком семьи.