Книга Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника, страница 8 – Ана Тихая

​Без шума. Без адреналина.

​Я падала сквозь ледяной пар, как тень. Благодаря полугоду тренировок мой организм не отозвался на холод паникой. Я точно приземлилась на костяные плечи стоящего в тумане Тарка, оттолкнулась от него и в один прыжок оказалась на гранитном постаменте.

​Моя рука сжала холодный, вибрирующий цилиндр флага-маяка.

Сирена завершения испытания оглушительно взревела над куполом забора. Белый пар начал быстро отсасываться вентиляционной системой.

​Когда туман полностью рассеялся, картинка оказалась сумасшедшей: у подножия стояли трое огромных, покрытых инеем и снегом Тарков и ошеломленно застывший в прыжке Аэран. А на самом верху постамента, сжимая трофейный флаг в руке, стояла я. Восемнадцатилетняя кадетка с Земли.

​Моё дыхание оставалось ровным. Лицо — абсолютно невозмутимым.

​Четыре секунды... Две... Шесть.

​Я подняла голову и посмотрела наверх, прямо на мостик наблюдения. Из-за бликов на бронированном стекле я не видела лица Рексара, но точно знала: он смотрит на меня.

​Через секунду динамики под куполом щелкнули, и на весь замерший Хаб раздался его низкий, сухой голос:

​— Испытание окончено. Победа засчитана кандидату номер сорок семь.

​К постаменту уже подлетали медицинские и досмотровые дроны. Я выпустила флаг из пальцев, чувствуя, как внутри нарастает усталость после дикого напряжения, но спину держала идеально ровно.

​Первый шаг к спасению семьи был сделан. Я прошла Отбор.

Медицинский блок Академии Межзвёздного Флота больше напоминал лабораторию глубокого космоса: всё из полированного матового металла, прозрачные силовые ниши и тихий, монотонный гул сканеров.

​Меня поместили в прозрачный капсульный сканер. По телу с головы до ног медленно проплыло широкое кольцо мягкого янтарного света, считывая всё: от плотности костной ткани до структуры молекул крови.

​— Фантастическая адаптивность, — раздался сухоноватый голос врача-гибрида, который вводил данные в голографический планшет. — Никаких надрывов сердечной мышцы после двенадцати g, микроциркуляция в норме. Организм функционирует в режиме идеального сбережения ресурсов. Кандидат номер сорок семь, вы свободны.

​Но стоило мне ступить на холодный пол и застегнуть плотную куртку, как тяжелые двери медотсека бесшумно раздвинулись.

​В проеме стояли двое конвоиров в угольно-черной форме Инквизиционного Флота. Их лица скрывали гладкие тёмные визоры шлемов, но по ширине плеч и выправке угадывались кайранские гвардейцы.

​— Кандидат сорок семь, — произнес один из них. Голос звучал глухо через решетку фильтра. — Проследуйте за нами.

​— В жилой сектор рекрутов? — спокойно уточнила я, застегивая манжету.

​— В личный сектор Куратора.

​Мои земляки-рекруты, выходившие из соседних диагностических боксов, мгновенно застыли. В их глазах читался немой ужас. Вызов к Куратору Инквизиции сразу после Отбора обычно не пророчил ничего хорошего — в слухах о Кайранах их жестокость и доминантность описывались с особым смаком.

​Я не стала задавать лишних вопросов.

​Вдох на четыре... Задержка... Выдох на шесть.

​Пульс — пятьдесят четыре.

​Мы шли по бесконечным, безукоризненно чистым коридорам верхнего яруса. Чем выше мы поднимались, тем меньше вокруг становилось людей и шумной техники. Напряженная, давящая тишина заполнила воздух.