Онлайн книга «Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника»
|
Он развернулся и чеканным шагом пошел к выходу. Гермодверь перед ним бесшушно распахнулась, и Дрейк скрылся в полумраке коридора, оставив меня одну на зеркальной арене с пылающим лицом и сердцебиением, отдающимся в самых кончиках пальцев. 5 Шок от прямых манипуляций Дрейка всё ещё горьким осадком горчил на языке. В жилом секторе было тихо, но внутри меня всё кипело — гнев и вспыхнувший азарт смешались в опасный коктейль. Он хотел эмоций? Он их получил. Но быть чьей-то легкой добычей или наглядным пособием я не собиралась. Вернувшись в свою каюту, я с силой прижала ладонь к биометрическому сканеру. Гермодверь с шипением задвинулась, отрезав меня от мира. Я опустилась в кресло и глубоко вдохнула, упираясь локтями в стол. Щека до сих пор хранила фантомное тепло его ладони, а на шее, казалось, всё ещё пульсировала точка, которой касался его палец. — Иксин, — отрывисто скомандовала я. — Выведи полный академический курс Межгалактического стандартного языка. Высшая категория сложности. Письменная и устная формы. «Запрос принят, курсант Марлоу»,— мгновенно раздался в динамике мягкий голографический голос.«Напоминаю, что действие нейронного адаптера обеспечивает полный устный перевод. Экстренное изучение грамматики и графической письменности не является обязательным на первой неделе.» — Мне плевать на адаптер, — отрезала я, настраивая проектор. — Адаптер — это костыль. Через тридцать дней он отключится, а я не собираюсь зависеть от временных инъекций. Разверни графику. На Земле в засекреченных архивах базы подготовки нам показывали отдельные файлы с Межгалактическим стандартом. Но тогда его не преподавали — руководство считало это бессмысленной тратой времени для «сырых» рекрутов, из которых половина не переживет Отбор. Землянам давали лишь базовые директивы. Но здесь, в Академии, незнание языка в совершенстве делало тебя слепым. А Дрейк явно рассчитывал на то, что земляне будут спотыкаться на элементарных вещах, когда инъекция начнет угасать. Пространство перед столом заполнилось сотнями сияющих символов. Межгалактический стандарт строился не на привычных буквах, а на сложных векторных пиктограммах, где каждый знак менял значение в зависимости от угла наклона и соседних элементов. — Начинаем с синтаксиса командного состава, военной терминологии, произношения и фонетики, — скомандовала я, разминая пальцы. — Графические связки, письменные уставы Флота. «Формирую индивидуальный интенсивный модуль...» Часы на панели показывали полночь, а затем и два часа ночи, но я не могла уснуть. Я жадно впитывала структуру языка, вырисовывая пальцем в воздухе сложные световые знаки, отрабатывая артикуляцию каждого жесткого, чеканного звука. Я заставляла свой мозг работать на пределе, выжигая языковой барьер дотла. Каждая выученная директива, каждый разобранный уставной термин становились моим новым оружием. Дрейк думал, что знает меня. Думал, что нашел уязвимость. «Курсант Марлоу»,— неожиданно прервал работу иксин в начале третьего ночи.«Зафиксировано входящее служебное сообщение высшего приоритета через канал Куратора. Доступ: личный.» Я замерла. В воздухе развернулась небольшая серебристая голограмма с личной печатью Жнеца. Текст был написан не на стандартном общедоступном адаптивном переводе, а на чистом, академическом Межгалактическом письме — без автоматического дублирования. |