Книга Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника, страница 137 – Ана Тихая

​По строю прошел едва слышный шорох. Лиан Вэйлор чуть прищурился, а Джаред Гаррад переступил с ноги на ногу.

​— Если ты потерял объективность, Командор, — жестко продолжал Таргон, — лейтенант Марлоу будет переведена на дальний научно-исследовательский объект. Нам не нужны отвлекающие факторы в командном составе.

​На секунду — всего на одну микросекунду — янтарные глаза Рексара встретились с моими. В них промелькнула темная, скрытая решимость.

​А в следующее мгновение Рексар сделал шаг ко мне, и его лицо выразило лишь холодную офицерскую строгость.

​— Перевод? — Голос Рексара прозвучал сухо и твердо. — В этом нет необходимости, Адмирал. Вы принимаете обычную требовательность к подчиненным за нечто большее.

​Он сделал шаг ко мне и строго заглянул в глаза.

​— Лейтенант Марлоу — служебный ресурс, который я использую для адаптации кадетов. Если вам кажется, что её показатели меняются в моем присутствии — это стандартный отклик на субординацию и контроль со стороны старшего по званию.

​Рексар повернулся к Адмиралу, всем своим видом демонстрируя полную отстраненность:

​— Однако вы правы в одном: дисциплина во взводе требует усиления. Лейтенант Марлоу, вы проявляете мягкость при подготовке кадетов. За недостаточно строгий контроль вы временно отстраняетесь от руководства строевой подготовкой. Ваш взвод на период инспекции переходит под управление офицера Вэйлора.

​Каждое его слово падало как свинцовая плита. У меня внутри всё похолодело. Приказ прозвучал насколько сухо, настолько и беспощадно. На секунду мне показалось, что воздух выбило из легких — он отстранял меня? Вот так, перед всем строем и перед своим дядей? В груди вспыхнула острая, жгучая обида, но я заставила себя сжать челюсти.

​— Принято, Командор, — чеканя каждое слово и глядя прямо перед собой, ответила я. Голос едва ощутимо дрогнул, но я выпрямилась. — Слушаюсь.

​Адмирал Таргон Дрэйк внимательно наблюдал за нами. Его рецепторы улавливали только мой едва сдерживаемый шок, обиду и абсолютную, сухую дистанцию со стороны Рексара.

​Подозрения Адмирала угасли. Командор не миловал землянку — он держал подчиненных в жестких, неприглядных рамках.

​— Хорошо, Командор, — произнес Таргон, слегка наклонив голову. — Я остаюсь в Академии на три дня для проверки результатов учебных модулей. Посмотрим, насколько эффективны ваши методы.

​— Так точно, Адмирал, — ответил Рексар.

​Он развернулся и направился к штабному блоку, даже не скользнув по мне взглядом. Словно я была лишь досадной ошибкой в его идеальном строю.

​Я осталась стоять в ангаре, чувствуя на себе сочувственные взгляды кадетов. Внутри всё горело от укола по тщеславию и неясного страха. И только когда первый шок начал отступать, оставляя после себя ледяную трезвость, до меня медленно, по крупицам, стал доходить истинный смысл его поступка. Он не разжаловал меня. Он отнял у Таргона единственный повод выслать меня из Академии.

​Но от того, насколько убедительно и безжалостно он сыграл эту роль, легко на душе всё равно не становилось.

Следующие двадцать четыре часа превратились в изощренную пытку тишиной и пристальным вниманием.

​Центральная База, и без того не отличавшаяся уютом, под взглядом Адмирала Таргона Дрэйка казалась замерзшим монолитом. Кадеты передвигались по коридорам тихо и собранно, преподаватели запрашивали разрешения на каждое действие через терминалы, а в воздухе витал едкий запах ионизированного озона и чужого контроля.