Книга Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника, страница 123 – Ана Тихая

​Она всплеснула руками и спешно уплыла за витрину. Отец чуть подался вперед, положив локти на полированную столешницу, и снова посмотрел на Рексара — на этот раз взвешенно, по-мужски серьезно.

​— Командор Дрейк... Вы уж простите моей жене эту сентиментальность. Мы простые люди, к межзвездным чинам не привыкли. Но я хочу сказать вам прямо: то, что Флот сделал для нашей семьи — это спасение. Я годами выплевывал легкие на этом чертовом заводе и знал, что до пятидесяти не дотяну. А Майя... — отец на секунду запнулся, и его пальцы крепче сжали мою руку. — Майя ради нас пошла на эту службу. Я знаю её: она бы не рванула к звездам, если бы не мы с Рози.

​Я опустила взгляд, чувствуя, как внутри все сжимается от щемящей нежности. Отец был прав. Но слышать это вслух, да еще и при Рексаре, было почти невыносимо.

​— Межзвездный Флот берет только лучших, сэр, — ответил Рексар спокойным, ровным голосом, в котором прозвучала твердая уверенность. — Лейтенант Марлоу оказалась в Академии не из-за выплат или условий страховки, а благодаря собственным способностям, дисциплине и выдержке. Она прошла ускоренную программу подготовки не потому, что так было нужно нам, а потому, что смогла сдать нормативы, которые под силу единицам. Вы можете гордиться дочерью. Она — один из самых надежных офицеров в моем подчинении.

​Я подняла глаза на Дрейка. Он смотрел на моего отца, но я отчетливо чувствовала, что эти слова предназначались и мне тоже. Без единой ноты уставного official'а — просто честная, сухая оценка человека, который никогда не разбрасывается похвалами.

​В этот момент вернулась мама, неся на подносе пузатый заварочный чайник и тарелку с пышными, еще пышущими паром булочками с корицей и яблоками.

​— Вот! Наша фирменная, — гордо заявила она, выставляя угощение перед Рексаром. — Попробуйте, командор. У нас на Земле, конечно, нет ваших галактических деликатесов, но Кевин в пекарском деле знает толк.

​Рексар взглянул на румяную выпечку, затем на сияющее лицо мамы. Военный протокол явно не предусматривал подобных ситуаций, но он беспрекословно взял булочку:

​— Благодарю вас, мэм.

​Он откусил небольшой кусочек. Мама замерла в предвкушении, а я с замиранием сердца наблюдала за реакцией Дрейка. На его обычно непроницаемом лице промелькнуло искреннее удивление, а под кожей у висков снова едва заметно вильнула золотистая искра — короткий отклик на непривычный, чистый вкус натуральных земных продуктов, заменяющих флотские пищевые концентраты.

​— Это... весьма впечатляюще, — произнес Рексар, и в его голосе впервые проскользнуло неформальное, почти человеческое тепло. — Ни в столичном секторе Флота, ни на базах Проксимы ничего подобного нет.

​Отец расплылся в довольной улыбке, а мама счастливо поджала губы:

​— Ну вот! А ты переживал, Кевин!

​Три часа пролетели как тридцать минут. В этой маленькой, затопленной солнцем кондитерской, под тихий стук чашек и неторопливый разговор родителей, я впервые за долгие месяцы беспрерывных тренировок и выматывающих экзаменов почувствовала себя... дома. Настоящей. Не лейтенантом Марлоу, а просто Майей.

​Рексар большей частью молчал, давая нам насладиться общением, но его присутствие рядом больше не создавало прежнего тяжелого напряжения. Он был словно щит — надежный, молчаливый и невероятно близкий.