Книга Ненужная третья жена дракона-архимага, страница 84 – Юлий Люцифер

Севрина кивнула, слушая так внимательно, будто слышала это впервые.

— Если он проснется, ему нужен знакомый человек, — сказала я. — Я спрошу тетю. Она могла бы прийти сегодня, познакомиться с ним, а завтра остаться.

— У нее ведь свои дела.

— Поэтому я спрошу.

Севрина посмотрела на меня. Глаза у нее покраснели, но плакать она, кажется, не собиралась.

— Я утром думала, что не смогу пойти. Смотрела, как он ест, и придумывала, кому передать свой гребень. Потом вспомнила, что он уже у магистрата. И все равно ничего бы не изменил.

— Без вас мы не перекроем источник, — сказала я.

— Знаю. И дома я от этого не спрячусь.

Она встала, подошла к окну и приоткрыла створку. В комнате было душно. Со двора донесся голос дежурного, спрашивавшего, куда поставить привезенные дрова.

— Я пойду, — сказала Севрина. — Мне только нужно знать, что он не будет ждать один.

Дома я застала тетю за починкой застежки на своей сумке. Она собиралась к сапожнику забрать башмаки и уже надела накидку. Выслушала меня стоя, с иглой в руке.

— Конечно, останусь. Когда идти?

— Завтра к вечеру. Но Севрина хотела бы познакомить вас сегодня, чтобы для Элиана ты не была совсем чужой.

— Тогда сейчас заберем башмаки и пойдем.

Она вдела иглу в лоскут, убрала шитье и попросила меня застегнуть сумку. Я взялась за застежку, которую она только что починила, и несколько раз не попала в отверстие.

Тетя забрала сумку, спросила, ела ли я, и сняла накидку, не дожидаясь ответа. Отрезала мне пирога, налила воды и села напротив. Я поела, не замечая вкуса, потом подняла голову. Тетя смотрела на меня.

— Что?

— Ничего. Хотела побыть с тобой.

Я отложила вилку. Тиада подвинула тарелку обратно.

— Доешь. Потом посидим.

К Севрине мы пришли ближе к вечеру. Элиан встал, когда тетя вошла в комнату. Она поздоровалась с ним, назвала себя и спросила, куда можно положить сумку.

— На стул. Только на этот нельзя, он качается.

— Хорошо, что предупредил.

Она выбрала другой. Севрина предложила чай, но Элиан не сел. Стоял возле окна, глядя на материнскую накидку, оставленную на спинке кресла.

— Вы опять уходите?

— Сегодня нет, — ответила Севрина. — Посиди с нами. Я обещала рассказать.

Он придвинул стул. Сначала сел на самый край, потом устроился глубже, подтянув ногу под сиденье. Нерис, работавшая за столом в углу, отложила перо.

Севрина объяснила, что послезавтра до рассвета им с нами предстояло вернуться в замок. Хранители уже приготовили все, чтобы остановить устройство. Для этого требовалось участие каждой из нас.

— Без тебя нельзя? — спросил Элиан.

— Нельзя. Мой знак открывает источник, и закрыть его должна я.

Он посмотрел на Нерис.

— А если ей опять станет плохо?

— Я буду поблизости, — ответила она. — С собой у меня будет все необходимое. Здесь с тобой останется другой лекарь. Вы познакомитесь завтра.

Элиан опустил голову. Некоторое время водил носком по ножке стула, потом спросил:

— Отец знает, что вы придете?

— Знает, — сказала Севрина.

— Он разозлится.

— Возможно.

— И велит тебе остаться.

Севрина передвинула стул ближе к нему.

— Я поеду с хранителями. Они будут рядом все время. Я больше не стану жить в замке, Элиан.

Он посмотрел на нее, потом на меня. Я сидела тихо, не зная, хотел ли он, чтобы я что-нибудь сказала.

— Ты боишься? — спросил он мать.