Книга Золотая невеста, страница 80 – Евгения Александрова, Анна Боронина

Вильхельм приблизился к ди Эмери и, нависая над ним, поинтересовался таким ласковым тоном, что Джонотана передёрнуло, а кириос отпрянул к стене:

— Ну же, мой старый друг, расскажешь своему доблестному капитану про вещицу, которая так нужна Орхану, между прочим, правой руке правителя и министру торговли всего славного Ануара? Так нужна, что Орхан лично согласился облагодетельствовать твою славную, невинную дочь и оставить её в своём гареме после выполнения одного маленького, но такого важного в жизни каждой девушки ритуала.

— Не смей, – прохрипел ди Эмери с ужасом в глазах.

— Сущая безделица, – проигнорировал его Вильхельм, оборачиваясь к Джонотану, – всего лишь артефакт, который даёт простым смертным то, что у тебя, мой мальчик, и у меня есть с самого рождения. И – нет, это не то, что первым пришло тебе в голову, хотя я понимаю, при виде полуголой Агаты у меня у самого все мысли там. Но тише! Не дёргайся, если хочешь услышать историю целиком.

Джонотан стиснул челюсти, изо всех сил удерживая себя в руках, но всё-таки опустил сжатые кулаки и нахмурился, не желая верить Вильхельму.

— Капля крови для подтверждения добровольности намерений – и простой кусок металла позволяет диктовать своему владельцу волю тем, кто и без того её не имеет. И только нежные женские ручки и девственная кровь могут активировать и передать этот артефакт, – закончил пират, откровенно забавляясь, и добавил: – Варварский Восток, куда им до наших высоких благородных порывов.

— Ты веришь пирату, Джонотан?! – высоким голосом воскликнул Сезар ди Эмери, и не надо было владеть магическим даром, чтобы почувствовать его парализующий страх.

— Ты врёшь, Вильхельм, – процедил Джонотан, поворачиваясь к пирату.

Вильхельм удивлённо поднял брови. Мол, неужто тебя так помотало, что ты уже не чувствуешь, как трясутся поджилки у старого ди Эмери?

— Сезар ди Эмери не отдал бы этот артефакт (если он и правда существует) просто так. Даже ради выгодного брака своей дочери. Он бы оставил его себе.

Вильхельм довольно расхохотался, даже хлопнул в ладони от радости.

— В том-то и дело, мой друг! В том-то и дело! Как говорится, всё бы ничего, но есть один нюанс – верно? Как говорят у благородных. Поправьте меня, если я вру. Ню-анс. Крохотный. Артефакт – древняя семейная реликвия, наделённая особой силой. Он – какая прелесть! – попросту не сработает, если его не передали добровольно…

— Говори, – хмуро припечатал Джонотан, чувствуя, как чёрная мрачная буря растёт внутри и как он уже понимает, что услышит дальше.

— Вот ты, Джонни, был слишком добр к этому человеку, – кивнул на замолчавшего ди Эмери Вильхельм, – а мы сразу поговорили со стариком по душам. И вовсе не обязательно было для этого поить его дорогущим ромом! Есть множество других прекрасных способов развязать язык…

В противовес его словам Сезар ди Эмери язык словно бы проглотил: ужас сковал его так, что знаменитый торговец только следил, как заколдованный, за пиратом, а его руки мелко и противно дрожали, будто он снова и снова переживал то, что случилось на борту «Мари». Но чем дальше, тем меньше вины чувствовал за собой Джонотан.

— Ты даже не поверишь, Джонни, у кого благороднейший кириос ди Эмери отобрал артефакт силой.

— Он лжёт, – глухо повторил отец Агаты, мотая головой.