Книга Тайное желание злодейки, страница 24 – Анастасия Гудкова, Лада Орфеева

И, лежа в горячей воде, я поймала себя на мысли, от которой захотелось нырнуть и не выныривать: может быть, он не такой уж враг…

Когда вода, наконец, начала остывать, а голова проясняться, насколько вообще может проясниться голова у женщины, которую судьба зачем-то связала клятвой с самым раздражающим мужчиной королевства, я нехотя выбралась из купальни.

Пар густо клубился в воздухе, волосы теплыми прядями липли к шее, а я на ощупь пыталась найти полотенце, мысленно ругаясь на местных служанок, которые, похоже, решили, что чистые полотенца это роскошь, недостойная постояльцев.

К счастью, крохотный клочок грубой ткани все-таки обнаружился. Я старательно замотала в него все, что поместилось, а надо сказать, что прикрывало мое тело это ужасное полотенце весьма символически, и торопливо отправилась в комнату, чтобы переодеться, пока дознаватель не вернулся.

И в этот самый момент, когда я мокрая, практически голая, выскочила из купальни, дверь в комнату открылась, впуская моего временного соседа. Раньше, чем я рассчитывала. На целую вечность раньше.

Он остановился на пороге. На секунду от удивления у него дрогнули губы, но Ардаррен тотчас взял себя в руки, скользнул по мне почти равнодушным взглядом и молча закрыл дверь.

А я… я стояла у кровати, с распущенными мокрыми волосами, с каплями воды, которые скатывались по ключицам, и в полотенце, которое явно находилось в сговоре с вселенной и угрожающе сползало.

— Ты вернулся, — протянула я так, будто не замечала, насколько неприлично выгляжу. — Быстро. Неужели трактирщики оказались неразговорчивыми? Или у них с памятью не очень?

Он прислонился к стене плечом, не сводя с меня взгляд, и чуть хрипло сообщил:

— Я… обо всем уже спросил. Раньше, чем думал.

И замолчал. Между нами воцарилась неловкая тишина, которую никто не торопился прервать. Ардаррен, вероятно, представлял меня без полотенца, а я прикидывала, как бы так ловко подобраться к кровати и нырнуть под одеяло, чтобы он не заметил.

В конце концов, решив, что нападение — лучшая защита, я вскинула подбородок.

— Если ты собираешься стоять и пялиться, то… я буду считать, что это нарушение нашего соглашения!

— У нас в соглашении не было пункта о запрете смотреть, — невозмутимо ответил он, и я мысленно выругалась, потому что как ни крути, он был прав. Мы вообще толком ни о чем не договаривались, а сейчас он и вовсе мог прикинуться, что пялится на меня в целях безопасности.

— Тогда внесем поправку, — парировала я, шагнув к кровати. Тонкая ткань полотенца шевельнулась, пригрозив соскользнуть, и я вцепилась в край. — С завтрашнего утра.

Мужчина отошел от стены на пару шагов, и воздух между нами будто сжался.

— Лираэль…

И тут полотенце предательски дрогнуло, сползая ниже, чем я была готова позволить. Я подхватила его в последний момент, едва не лишившись остатков достоинства, и огрызнулась:

— Ни слова!

Ардаррен поднял руки, изображая жест капитуляции. И все же уголок его губ дрогнул.

— Даже мысли не было.

Лжец.

Я завернулась плотнее, поймав в отражении в зеркале свои горящие щеки, и с вызовом бросила:

— Твоя очередь в купальню. И, Ардаррен… если ты задержишься там дольше, чем нужно, я решу, что ты утонул. И не стану проверять.

— Я буду осторожен, — спокойно пообещал он и прошел мимо меня, окутав запахом хвои и пряностей.