Книга Отбор невест, или Три орешка для темного, страница 44 – Наталья Самсонова

Перестав рассматривать пушистый зеленый ковер, я подняла взгляд на драэ:

— Прошу прощения?

На щеках драэ Мирсонай цвели малиновые пятна, она нервничала, кусала губы и выглядела как неуверенная в себе девчонка. Что для ее должности непозволительно, но мне ли судить?

— Прошу вас изучить вот эти сладости. Я… Я не трогала их.

Я подошла к столу и увидела несколько коробок конфет, каждая из которых была… Вскрыта?

— Их вскрывали после покупки,— уверенно сказала я. — Посмотрите, вот тут и тут, аккуратный срез. А еще, посмотрите, коробка слегка деформирована, потому что содержимое увеличилось.

— Он не доставал конфеты, он их просто добавил,— глухо проговорила драэ Мирсонай.

Я покосилась на нее, вспомнила про те сладости, которыми она угощала меня и прикусила язык. Похоже, что драэ ради разговора со мной поделилась своими конфетами. А не подсунула их специально.

— Вы вряд ли сможете пойти с этим в управлении по делам магов,— вздохнула я. — Могу вскрыть?

— Да,— она криво улыбнулась.

— Все зелья легальны,— я грустно улыбнулась,— это дает кратковременное улучшение настроения, это располагает к задушевным разговорам.

— А все вместе дает упоительное ощущение легкой влюбленности в собседника,— прошипела драэ Мирсонай.

Чуть задумавшись, я медленно кивнула. Да, наверное. Глаза горят, настроение прекрасное, хочется говорить не останавливаясь, а приятный мужчина рядом, подливает чай, подсовывает под руку конфетки и свидание длится и длится…

И при этом нет никакого риска присесть на пару лет за употребление запрещенных афродизиаков!

— Мне оставить вас? — тихо спросила я.

Драэ покачала головой, потом кивнула, а потом начала суетливо собирать конфеты. И я понимала, что драконица держится на остатках самоконтроля. Что одно неловкое движение, одно неосторожное слово и она сломается, разрыдается и сама себе этого никогда не простит.

— Съеште,— я выхватила у нее из под рук конфетку и, ловко развернув, сунула ей же в рот. — Ну, жуйте же!

— Мвяф,— очень по-кошачьи отозвалась драконица, вынужденная прожевать сладость. — Что вы себе…

— Вы на грани,— резковато выдохнула я. — У вас впереди рабочий день, проблемные Избранницы и куча придворных, которым только дай повод пнуть слишком высоко взлетевшую драэ. Еще одну берите, ну же. Пусть подлость этого мерзавца поработает на ваше благо.

Притравленные конфетки сделали свое дело. Из глаз драэ Мирсонай исчезло затравленное выражение, поджатые губы чуть расслабились, а щеки немного порозовели.

— Вы хотите объяснений? — скупо спросила драконица.

— Я? Не приведи боги, драэ. Да и потом,— я кривовато улыбнулась,— мой бывший жених, судя по всему, использовал тот же самый способ.

«Понять бы только, почему я ничего не почуяла?!», пронеслось у меня в голове.

А потом вспомнила, что в тот год я едва оправилась от магической лихорадки. И мои первые чувства зародились именно в момент, когда колдовские способности были на нуле.

«Потрясающий мерзавец», пронеслось у меня в голове. «Просто первостатейный!».

— Могу ли я идти?

— Идите,— улыбнулась драэ Мирсонай. — Спасибо за помощь.

— Не за что,— я изобразила что-то среднее между реверансом и книксеном, после чего выскользнула в коридор, оставив драконицу наедине с конфетами.

«Хотя я бы хотела знать, кому пришло в голову так поухаживать за распорядительницей отбора!», подумала я.