Книга Отбор невест, или Три орешка для темного, страница 101 – Наталья Самсонова

— Да уж не то слово,— фыркнула Эрмина. — Почему ты передумала?

— Мы друзья,— я пожала плечами,— с друзьями так не поступают. Ну и потом, выдай ты меня, и сразу стало бы ясно, что дружбы между нами нет.

Эрмина хотела было что-то ответить, но ее прервала вспышка света и звонкий, напряженный голос драэ Мирсонай.

— Всем Избранницам коснуться своих подвесок. Влейте каплю силы в артефакт и дождитесь ответного сигнала. Повторяю, всем Избранницам коснуться своих подвесок…

Мы с Эрминой недоуменно переглянулись и послушно выполнили приказ. Ответным сигналом оказалось потепление и легкая вибрация подвески.

— Что случилось?

И тут до меня дошло, что, возможно, драэ Аттамия не так легко перенесла встречу с призраком…

— Насколько ты склонна хранить мои тайны, если в них замешан Его Высочество Сайард?

— А тайна про него или про тебя? — подалась вперед Эрмина.

— Про меня.

— Тогда я — могила,— торжество провозгласила подруга. — Для всех, кроме Его Высочества, потому как сама понимаешь, любопытному некроманту кладбищенский холмик не преграда.

В красках пересказав Эрмине встречу с драэ Аттамией, я обеспокоенно закончила:

— Может, теперь они ищут свежий труп?

— Меня больше всего поражает, что ты рванула навстречу привидению,— покачала головой Эрмина. — Тебе нужен сильный и седой муж.

— С сильным я согласна, а седой-то почему?! — оторопела я. — Знаешь, мне не хочется замуж за старика.

— Чтобы он не мог тебя упрекать в своей ранней седине,— буркнула Эрмина. — Привидения могут выпить жизненную силу!

— Деревенские байки,— неуверенно буркнула я.

— Именно что деревенские,— вскинулась подруга,— в городах-то все кладбища зачарованы! А в селах откуда маги? Вот они и изыскивают свои способы справится с потусторонней напастью.

— Но мы бы в любом случае успели бы поговорить,— заспорила я. — Невозможно выпить жизненную силу за пару минут!

Эрмина хлопнула себя по лбу и поднялась на ноги:

— Знаешь, советую тебе плотно заняться разработкой сверхстойкой краски для волос. Она понадобится и твоему мужу, и мне, твоей лучшей подруге.

— Почему сразу же лучшей? — поддела я ее.

— Потому что единственной,— припечатала Эрмина. — Возражения?

— Никаких! Распишемся друг другу в дневничках? — предложила я.

— А давай,— загорелась подруга.

И через пару минут, глядя на мой потрепанный и местами залитый кофе дневник, она лишь обреченно вздохнула:

— На форзаце пишут вдохновляющую и мотивирующую фразу.

— Так вот же,— я ткнула пальцем в излюбленную строчку из старой легенды. — «Все лучшее — за той чертой, которую рисуешь ты сам». Это значит, что мы сами себе мешаем совершенствоваться.

Эрмина протянула мне свой аккуратный дневничок. Раскрыла его на форзаце, где красовалась слащавая фразочка про ежедневные рассветы. Мол, каждый день как белый лист!

— Если каждый день начинать все с чистого листа, то так и останешься недописанной,— проворчала я.

— А в твоей легенде вообще все умерли,— тут же вспыхнула Эрмина.

— Тоже верно,— согласилась я и вернула подруге ее миленький и аккуратный дневничок.

— Ты оставила мне рецепт противоядия?!

— Оно полезно при токсикозе. А ты оставила мне заклинание для сокрытия синяков под глазами, я же не ворчу!

— Так оно тебе прямо сейчас нужно,— Эрмина закатила глаза,— с другой стороны… Спасибо, наверное.