Книга Академия ядов, страница 14 – Елена Станиславская

Медович повернулся к двери, намереваясь уйти.

— Я? – Тьяна резко вдохнула: от кислорода у нее, похоже, прояснилось в голове, и в груди затлела решимость. – Я не убивала. Может, это ты? Ты убил!

Мару остановился. Бросил взгляд через плечо.

— Я вошла, а он… – Цепляясь за скамейку, она поднялась с колен. – А ты…

— То же самое могу сказать о вас, только более внятно: когда я переступил порог часовни, все было кончено. Велимир лежал в луже собственной крови, а вы склонились над ним, сжимая что-то в руке. – Мару скользнул взглядом по полу. – А там, под скамьей, случайно, не флакон с ядом? – Прищурился. – Судя по консистенции, «Кровобег».

Тьяна почувствовала, как бледнеет лицо и леденеет тело, под стать обескровленному жениху.

— Вэл умер у меня на руках, – твердо, насколько позволяли дрожащие нервы, произнесла она. – Я пыталась помочь ему, накормить родной землей. Ты же ядовщик, должен знать, что она помогает от «Кровобега». – Уверенность разгоралась все сильнее, но и тревога не думала угасать. – Странно, что ты не вмешался. Стоял и смотрел, как Вэл умирает. Что ты вообще тут делаешь?

— А вы?

Простой вопрос, произнесенный невозмутимым тоном, заставил Тьяну смешаться. Тревога полыхнула ярче, а уверенность, напротив, поблекла. Пальцы потянулись к шляпке – привычный, успокаивающий жест, – но вовремя отдернулись. Вместо «таблетки» на голове была дедушкина шляпа, и Тьяна меньше всего хотела испачкать ее кровью.

— Я собиралась… – Взгляд так и тянулся к пузырьку «Кровобега». – Собиралась поговорить с ним.

— Вы волнуетесь, – заметил Медович. – Убийцы обычно волнуются.

— Ты явно знаешь об убийцах больше, чем я, – бессильно огрызнулась Тьяна. – И хватит выкать, сейчас не до любезностей. – Что-то подобное она слышала сегодня от Гнев.

Мару скользнул по ней взглядом:

— Мы виделись утром, не так ли? Как тебя зовут?

— Тьяна. Тьяна Островски.

Был ли смысл скрывать имя?

— А меня…

— Знаю, – буркнула Тьяна.

— Прекрасно. – Он отвесил поклон. – Что ты делаешь завтра вечером, Островски?

— Что? – Тьяна дернулась, будто кто-то взял ее за плечи и хорошенько встряхнул.

— Встретимся на шестичасовом пароме. – Мару словно назначал свидание девице, которая сама навязалась. – Мне надо в город, и тебе лучше поехать со мной. Там и обсудим, что делать дальше. – Он оценивающе посмотрел на Тьяну, и она догадалась: ему что-то нужно взамен за молчание. – И для твоего успокоения: я не убивал Велимира. Хотя не могу сказать, что не хотел.

«Я тоже».

Проглотив подступившее признание, Тьяна ответила:

— Хорошо, я поеду с тобой. А что мне делать сейчас? С этим.

Окинув взглядом утонувшие в крови вещи, она почувствовала, как ледяные когти заскребли на душе.

Вряд ли Медович был хорош в заметании следов, но Тьяна нуждалась хоть в ком-то. В человеке, способном дать совет. В соучастнике.

Она старалась не задумываться, как сильно навредила себе. Зачем осталась, когда нужно было бежать со всех ног. Почему разбросала содержимое сумочки, хотя сто раз говорила себе: не наследи. Наконец, с какой стати решила остановить действие яда, если собиралась убить. Тьяна все сделала не так. Вероятно, виной тому было потрясение. Она слишком рано увидела умирающего жениха – до того, как сама откупорила яд. Всего пара секунд – и история пошла бы по другому руслу.