Книга А почему бы и нет!, страница 22 – Юлёна Тимонина

Когда допивала вторую кружку кофе, в столовую зашли Люси и Михаил, о чём-то бурно споря. Используя при этом незнакомый язык. Жаль переводчик остался в шкафу.

— Ладно, согласен, — пробурчал капитан, переходя на общий. — Заканчиваем дела и вылетаем сегодня в три часа. Солнце будет в самом пике, паутина на обшивке корабля сама сгорит. Всем быть готовыми.

Я с грустью посмотрела в кружку, точнее на крышку-непроливайку, а потом вспомнила предупреждение Аси, что нельзя пить кофе за день до отлёта. Решила не паниковать раньше времени, но где-то внутри начал бить озноб.

— Лен, а ты чего ходишь, как будто первый раз. — заметил мою неуклюжесть Макис.

— Потому что ботинки неподъёмные. — пожаловалась, ноги уже откровенно болели.

— Странно.

Парень подошёл ко мне, наклонился и стал разглядывать обувь. Затем щёлкнул, нажал, надавил, в общем, произвёл непонятные действия и, поднимаясь, сказал:

— Пройди.

Неуверенно шагнула вперёд, потом ещё и ещё.

— Да, так намного лучше! Спасибо! — от облегчения обняла парня.

Он покраснел, махнул рукой и объяснил, что просто нагрузка была рассчитана на взрослого мужчину, такого, как Люси.

— Разойтись по своим каютам, через полчаса взлёт. — в столовую заглянул капитан и пошёл дальше. Он, кстати, никакой обувью не пользуется. Присоски на щупальцах?

В каюте поняла, что лечь не получится, удерживающее поле обычно включала Ася.

— Давай я тебя простыми ремнями пристегну. — предложил Макис, который неожиданно оказался рядом.

— Давай, а то во мне двойная порция кофе, не знаю, как она себя поведёт.

Парень помог лечь и пристегнул сначала ноги, затем ремень оказался в районе талии, следующий на груди. Буквально через несколько минут почувствовала, что мы взлетаем, потом резкую боль в районе сердца, и я потеряла сознание.

— Или ты успокаиваешься, или выходишь! — как сквозь вату услышала голос Ая, нашего медика, которого почему-то все называют исследователем.

— Да не могу я успокоиться, пока не пойму, что Линее стало легче!

А вот этот голос я не знаю такой бархатный, немного рычащий. Не про него ли говорила Наташка? Линея, это надо же так моё имя исковеркать. Ещё бы глаза открыть, ну хоть один, хотя бы чуть-чуть. Как назло отлично работал только мозг, собирая информацию. Все остальные органы никак не реагировали на мои попытки показать, что уже очнулась. Очень хочется посмотреть, что там за неизвестный член команды. Я думала, что познакомилась со всеми. Их всего восемь плюс Ася.

— Между прочим, Лена тебя слышит. — сдал меня с потрохами желеобразный Ая.

И всё, тишина. Ушёл, даже не поздоровается? Кто-то ходил рядом, шаги отдавались непонятной вибрацией в организме. Начали щёлкать приборы и стучать клавиши, через некоторое время доктор подал голос:

— Лена, ты сейчас находишься в медицинской капсуле. Приборы показывают, что проблем с организмом больше нет. Сейчас открою, и надо будет медленно подняться. Как только вынырнешь, сделай глубокий вдох. Можно ртом.

Глазам, несмотря не то, что они были закрыты, стало светло. Так поняла, что пора. Вынырнешь, громко сказано. Я находилась в вязкой субстанции, которая очень неохотно выпускала свою жертву. Но, что странно, пока была в ней, дышать не хотелось, совсем. А вот как только лицо оказалось на поверхности, лёгкие зажгло от недостатка кислорода. Вдыхала глубоко и жадно. Лишь спустя пару минут открыла глаза. А потом осознала, что субстанция полностью осталась внутри капсулы, то есть, на мне нет ни клочка. Кстати, насчёт клочков, опустила взгляд вниз и выдохнула, комбинезон был на месте.