Книга После развода. Одна в ином мире, страница 39 – Мартиша Риш

— Сиди тихо, изменник, — плюет себе под ноги молодой страж. И все же я узнал его просто по голосу. Это он принял из моих рук свой арбалет, его я учил натягивать тетиву при помощи крючков. Талантливый парень, выходец из простой сельской семьи, каким счастьем лучились его глаза в тот день, когда он узнал, что его взяли в стражу! Что он будет служить нашему роду, жить в замке. Как же это было давно, кажется, тысячу лет назад. Цепи ударили о влажную стену, меня наконец отпустили. На руках неприятная тяжесть. Лязогнула на прощание дверь темницы, с той стороны кто-то наложил на нее заклинание-замок, одного простого засова для меня недостаточно. Я пересел, устроился немного удобней и принялся смотреть в окно. Луна скоро укатит свой кругленький бок с темного неба. Ей на смену придёт новый рассвет, все изменится. Как было раньше больше уже не будет.

Откинулся назад, треснулся затылком о влажную стену. Где-то там, далеко, в странном мире Земля живёт моя Анна. И я не знаю, что с ней, какая ей угрожает опасность и ничего не могу сделать. Ничем не могу ей помочь. И зачем только я решил навестить отца этим утром? Почему сразу не отправился домой? Мог быть уже рядом с любимой. Зачем я выполнил свой сыновий долг? Идиот!

Холод и сырость пробираются под кожу, невозможно от них избавиться, согреться, собственная рубашка кажется мне теперь мокрой тряпкой, а нос заполнила пыль от соломы. Как бы я хотел отсюда сбежать. Как было бы хорошо, если бы ничего этого не случилось. Перед глазами почему-то стоят ножки брата, обтянутые белыми гольфиками, а поверх гольфов на них замшевые ботиночки. Милый брат, какого демона, тебе придётся все потерять?! Тебе в спину всю жизнь будут лететь обидные слова. Может, хоть это удастся исправить? Может, я передам тебя в другую семью, назвав сиротой? Как ты будешь там жить один, без живой лошади, без вот этих вот замшевых туфелек? Без всей той роскоши, в которой ты вырос?

И снова внутри меня вскипел дар, ударил в браслет, тот ответил болью. Я согнулся чуть ли не вдвое. Не знаю, какая боль терзает меня больше — та, что пылает в душе или этот ожог на моем запястье?

— Никак не можешь смириться? — дверь в темницу отворилась без звука, на пороге она — подлая тварь, моя мачеха в своём роскошном наряде. Бархат расшит позолотой, сияет россыпью жемчуга. Отец никогда не жалел злата на наряды для своей любимой жены. Женщина оглянулась назад, обратилась к стражу.

— Уйди, я хочу принять покаяние от своего пасынка, — поступь тяжёлых шагов, звон меча о ножны. Мой собственный пояс теперь пусть, нет на нем оружия, будто я вовсе не мужчина.

— Мне не в чем каяться.

— Врешь, — ухмыльнулась молодая женщина зло. Уж она-то знает, что мне не в чем каяться. Тогда зачем спустилась сюда? Чтобы убить?

Шаги стража растворились в гулкой тьме огромного подземелья. Ушел, не осталось свидетеля для грядущего преступления. И за себя мне не страшно, страшно, что вовек я не отмою своего имени. Тень позора навсегда украсит герб потухшего рода Борджа.

— Зачем вы пришли?

— Самый страшный враг — та женщина, которую обидели пренебрежением. Ты знал об этом, Чезаро? Ты оставил меня перед алтарем. Бросил в день свадьбы в чужом городе, одну, без слуг. Чем я не угодила тебе? Ты даже не взглянул на меня! Будто я порченая, будто была осквернена другим.