Книга Восточные сладости, страница 99 – Юлия Ляпина

— Орам! Ты здесь! Буря кончилась?

— Да, любимая! Расскажешь, как у вас тут дела?

— Конечно! В целом все живы, наружное оборудование пришло в негодность и мои специалисты сейчас разрабатывают критерии посадок с учетом пыльных бурь.

— Отлично!

Орам бережно прижал к себе супругу:

— Отчеты специалистов приму через час, а пока пусть рабочие заберут первые грузы с челнока.

Несколько человек, подтянувшиеся поначалу из коридора на голос начальства, тотчас разбежались, а Орам увел супругу в примыкающие к офисам личные покои «переодеться с дороги».

На этот раз их близость была наполнена щемящей нежностью. Орам внутри дрожал от страха, что едва не потерял любимую супругу. Амина пережила стресс ответственности за несколько сотен людей в условиях критической ситуации и хотела вновь почувствовать себя хрупкой и защищенной женщиной.

Увы, долгий отдых они себе позволить не смогли: слишком были нужны они были сейчас колонистам, вновь ощутившим себя песчинками перед лицом природы.

Облившись водой из кувшина вместо душа, Орам вместе с Аминой взялся координировать срочную помощь другим куполам. Оказалось, что в одном из куполов рабочие не успели покинуть опасную зону. В результате несколько человек оказались запертыми в наружном ангаре и пострадали от обезвоживания и переохлаждения.

Сообщения из других куполов тоже не радовали: где-то срочно требовались свет и вода для обогрева и полива нежных посадок. Где-то не смогли справиться с паникой, и взбудораженные люди пострадали, разломав некоторое количество оборудования.

Примерно через час к резиденции пробился сигнал с другого конца купола. Орам лично принял вызов. На мониторе появилась обеспокоенное лицо госпожи Зобейды:

— Сын, Джанна не отвечает! И Аббаса в куполе нет!

Орам сначала не понял, о чем идет речь. В его голове еще плавали обрывки докладов техников и администраторов. Но Зобейда напомнила:

— Джанна улетела на северо-восток, к скалам. В последнем сообщении сказала, что обнаружила цепь эрозийных пещер. Собралась их исследовать. Когда началась буря, Аббас полетел за ней, на легком флайере.

Орам вздрогнул, вспомнив трое суток неизвестности на борту корабля.

— Я сейчас отдам команду, мама. Их будут вызывать на всех частотах. Прости, но людей пока отправить не могу. Как только восстановим подачу энергии, займусь поисками лично. Но не раньше.

Зобейда тревожно вздохнула и отключила комм.

Через несколько часов, не дождавшись ответа, Орам лично настроил передатчик на слабый сигнал губернаторского флайера и отправился на поиски сестры и ее мужа. Зобейда осталась в столичном куполе координировать восстановительные работы.

Амина к этому моменту сладко спала, закончив предварительный анализ воздействия ветра на строения. Ее команда выдала предварительные расчеты ветрозащитных полос и тоже разбрелась по домам и общежитиям.

Орам полетел не один: три тяжелых флайера были доставлены с корабля специально для работы экстренных команд. Первый флайер вел сифар, еще двое охраняли губернатора в салоне. Второй флайер вели спасатели, а третий принадлежал медицинской службе.

Скалы приближались медленно, ветер стих, но иногда бросал в ветровое стекло горсти песка и мелкого гравия. Наконец на фоне скал мелькнула зеленая искра. Подлетев ближе, спасатели увидели слегка выступающий из бархана корпус легкого флайера.