Книга Восточные сладости, страница 54 – Юлия Ляпина

Прибежавшая по звонку няня быстро напоила Марисоль молоком с успокоительными каплями и девушка уснула, забыв раздеться.

А утром в дверь маленького поместья постучали — во дворе снижался флайер с личными стилистами супруги правителя.

— Мама, что случилось? — Орам обеспокоенно вглядывался в бледное личико супруги.

— Похоже на вялотекущее отравление. — Зобейда озадаченно потерла лоб и вдруг догадливо спросила: — Что сегодня было в сетке?

— Приглашение на празднование дня «Цветов апельсина» для всей семьи. Торжественная часть будет на «Принцессе Кордовы». Думаешь, дело в этом?

Зобейда кивнула молча, указав на лежащую на кровати Амину. Девушка казалась изможденной и прозрачной. Ее обычно теплый и живой оттенок кожи стал серым и нездоровым, губы покрылись мелкими кровавыми трещинками, а ногти посинели.

— Прогноз? — кивнул Орам врачу.

— Антидот я ввел, но для очистки организма и восстановления почечной функции нужно время. Часов через шесть-восемь госпожа придет в норму, но это потребует времени и уединения. Кроме того, возможны перемены во внешности — высыпания, раздражения кожи или выпадение волос. И может пострадать голос.

— Доктор, ваша задача сохранить моей жене здоровье и красоту. — Орам сжал руки до того, что побелели костяшки на кулаках. — Здесь пошли политические грязные игры, и мы не можем проиграть.

Доктор был с Амана, поэтому лишь сложил руки в жесте почтения и вернулся к тихо попискивающей аппаратуре.

— Амина, свет мой… — Орам присел в изголовье кровати на корточки и бережно погладил супругу по волосам. — Расскажи мне, когда ты почувствовала себя нехорошо.

— Недавно, на складе, когда проверяла размещение эмбрионов. Мы с Сабхат зашли в диспетчерский пункт. Там постоянно кто-то есть, нужно следить за показаниями морозильных камер. Там был цветок, очень красивый, я потянулась к нему и поранилась о декоративное украшение. Пока шла к каюте — закружилась голова, стало плохо.

Орам отошел в сторону и, включив комм, отправил сифара проверить диспетчерскую. А потом вернулся к жене и долго сидел рядом, поглаживая ее ледяные руки и влажный лоб.

Через полчаса на браслет пришел краткий отчет — образцы яда с украшения взяты и отправлены в лабораторию. Цветок вместе с украшением был подарен девушке — диспетчеру накануне ее ухажером, одним из матросов. Тот уверял, что цветок покупал сам, еще на астероиде, а вот украшения в горшке тогда еще не было.

Еще через сорок минут врач, используя полученные данные о токсичном веществе, смог синтезировать необходимое лекарство для блокировки действия конкретного яда.

Спустя еще три часа семья Азилла в полном составе торжественно прошла по гибкому переходу на «Принцессу Кордовы». Дон Авимеда лично встречал почетных гостей.

— Приветствую вас, господа и дамы!

Глава кордианской части колонизации искусно скрыл удивление, увидев рядом с Орамазадом ильдур Азилла его супругу. Живую и невредимую, как всегда, прекрасную и оживленную. Однако протокол есть протокол: дон Авимеда выполнил изящный поклон в лучших национальных традициях. Того требовал его костюм — точная копия с портрета его предка докосмической эпохи.

Черная шляпа с пышными белыми перьями. Черный же камзол, расшитый серебряными пуговицами. Белоснежные манжеты, собранные в плотную воронку, и стоячий воротник, заставляющий держать голову так высоко, что увидеть кончики начищенных сапог можно было только скосив глаза вниз практически до боли.