Книга Дорогами судьбы, страница 91 – Юлия Ляпина

— Торговец уже подтвердил подозрения, а кроме того, во дворце появился необычайно рослый лакей… — еще кусочек груши и следом — полоска острого сыра.

— Так, возможно, он орк? — ленивое движение пальцев — и серебряный кувшин, украшенный вставками из хрусталя, всплыл в воздух, наполняя маленькую хрустальную чашечку жгучим восточным напитком с перцем.

— Дополнительная проверка не помешает; кроме того, участился обмен гонцами между Матерью орков и драконами, это настораживает!

— Ее Высочество не желает ничего слушать, — глубокий вздох, покачивание головы — и в свет огонька вплывает кусок чего-то удивительно пестрого и липкого на вид. — Визит запланирован и должен состояться до праздника середины зимы.

В этот момент дверь, ведущая на террасу, приоткрывается, и вспугнутые сквознячком огоньки начинают метаться, разбрасывая тени. Несколько слов, сказанных едва слышным шепотом, и двери прикрываются, а ленивый разговор набирает обороты:

— Значит, саламандра? Чем эта девочка насолила магам? — глоток вина, и лопнувшая с хрустом на белых клыках ягода винограда.

— И орки, похоже — таких пауков нужно набирать не один день… — легкий жест пальцев, означающий немалый труд.

— А можно приманить амулетом за пару часов…

— Значит, все же орки… — еще кусочек груши, но на сей раз в сопровождении ветчины.

— Но какое изящное заклинание! Замкнутый цикл водопада! Это кто-то из наших постарался…

— Говорят, у юного Сирата была невеста знатного рода…

— Была?

— Он подал просьбу о браке с той юной орчанкой, внучкой Матери племени.

— Хм, шустрый парень, думаю, такие связи нам не повредят.

— К вечеру отец барышни получит новое назначение, на границе с северными княжествами.

— Бедняжке будет полезно остыть, и кроме того, я слышал, викинги весьма умелы в любовных делах.

Легкий смешок, и три чаши встречаются над столом с легким звоном, пугая цветные огоньки. Пора расходиться, розовые пальцы рассвета уже разлеглись на сизых облаках. Накинув традиционные серые балахоны, вампиры сумеречными тенями растворились во множестве ведущих с террасы дверей.

Стражи и носилки долго петляли вслед за сопровождавшим вампиром по узким не слишком чистым улочкам, пересекали запущенные сады и дома. Наконец, когда у девушек уже кружились головы, вампиры свернули в переулок, обнесенный каменной стеной, и остановились напротив узкой калитки. Силен спешился, бросив поводья сыну, подошел к носилкам и негромко сказал:

— Миледи, прошу вас прикрыть лица шарфами и смазать запястья вот этим, — советник протянул девушкам флакон темного стекла. — Дальше придется идти пешком, калитка слишком узкая.

Девушки быстро закутались в шарфы и щедро смочили запястья вяжущим прозрачным настоем. Вопросительно взглянув на Силена и дождавшись ответного кивка, герцогиня смочила из флакона горшок с лягушками и спрятала его под накидкой. Потом гурьбой под прикрытием Стражей девушки просочились в калитку и через пышный осенний сад подошли к флигелю.

То, что они уже во дворце, Гелла поняла не сразу — слишком устала и издергалась. Их встретил пожилой мужчина в бархатном камзоле, напоминавшем ливрею, и проводил в отведенные почетным гостьям покои. Сатре и Кире достались три комнаты, оформленные в золотисто-соломенных и терракотовых тонах, — две спальни и общая гостиная, а Гелла получила три комнаты с бледно-зелеными и голубыми тонами в оформлении; кроме спальни и гостиной к ее покоям относился небольшой кабинет.