Книга Любовь и случай, страница 38 – Юлия Ляпина

Катя сама надела тонкий золотой ободок и почти забыла о нем, зато Александр периодически крутил свой символ семейной жизни. Перехватив взгляд женщины, пояснил:

— В горах украшения на руках не носят, можно без пальцев остаться.

— Не волнуйтесь, мужчины вообще редко кольца носят, – успокоила его Катерина, – получите опеку и снимете.

— Да, – неожиданно помрачнел мужчина и больше они не разговаривали до самого кабинета.

Комиссия представляла собой пяток женщин «глубоко за сорок» и одно скучающего мужчины лет сорока. На столе, возле пожилой блондинки в строгом зеленом костюме высилась стопка пластиковых папок с непонятными пометками и яркими маркерами.

— Добрый день, – сдержано поздоровался Александр.

Ему кивнули на стул, а мужик из комиссии проводил заинтересованным взглядом Катерину, вставшую за спиной мужа.

Одну из папок открыли, раздали по рукам какие-то бумаги. Лениво просмотрев их блондинка начала задавать вопросы:

— Почему вы решили взять ребенка? Не надеетесь завести своих?

— У меня есть сын, – немного растерянно ответил Александр.

— Курите? – вопросила шатенка с желтоватым лицом, сверля Катю злыми карими глазами.

— Курю, иногда, – повинился мужчина, наблюдая за комиссией в целом.

Ему казалось, что эти люди собрались здесь только для того, чтобы запретить, не отдать ему маленькую Светочку. Поэтому они сверлят его тяжелыми взглядами, подозревают во всех смертных грехах и с кривыми усмешками вычитывают справки, предоставленные его бухгалтерией. Вопросы клевали его со всех сторон, и видный мужчина сжимался, ерзал, словно в попытке увернуться, старался стать меньше, чтобы не сделали больно:

— А почему вы расстались с первой супругой?

— Вы видитесь со старшим ребенком? Поддерживаете его материально?

Он вздрогнул только тогда, когда они переключились на Катерину. Она краснела, бледнела, но держалась стойко.

— А вот скажите, Александр… – мужик сделала постную мину и, глянул в бумаги, – Валерьевич, почему вы так поспешно оформили брак с Екатериной, гм, Сергеевной?

— Мы давно собирались пожениться, – неторопливо ответил Александр, стараясь не выдать разгоравшегося в нем гнева.

Он уже взял себя в руки, вспомнил правила ведения переговоров и запретил себе торопиться и нервничать. Он лучше многих знал, какие последствия могут иметь страх и паника. Запретив себе бояться, он вдруг разозлился: кучка старых клуш! Как они смеют обижать женщину? Его женщину?

Он выпрямился и холодно отчеканил:

— Не знаю, чего вы пытаетесь добиться, дамы и … – пауза прозвучала четко, – господа. Мы хотим взять этого ребенка под опеку, выполняя давний долг дружбы. Девочка будет жить в семье, государству не придется тратить деньги на ее воспитание и образование. У нее появится шанс стать полезным членом общества, неужели вы хотите этому помешать?

Женщины дружно замолчали и поджали губы, а мужик вообще отвернулся, сделав вид, что просматривает что-то в папке. Неожиданно из самого дальнего угла раздался мягкий грудной голос:

— Думаю, пора заканчивать, девочки.

Тетки раздвинулись, открывая ошеломленным ответчикам пожилую очень полную женщину с простой гладкой прической и красивым мягким лицом.

— Итак, Александр Валерьевич, Екатерина Сергеевна, разрешение на опеку Рыжик Светланы Андреевны получено. Подождите в коридоре, вам передадут бумаги.