Онлайн книга «Подарок»
|
Стражники выкатывали на перекрестки и пятачки, большие бочки, и набивали в них мусор: сломанную мебель, срезанные ветки, ветхую одежду и даже сбрую. Своеобразные костры должны гореть всю ночь, очищая город от захламления и болезней. Как пояснил мне Жан, королевские стражники в этот день получали фляжки с магическим маслом — благодаря ему хлам горел не воняя, а дым поднимающийся над бочками действительно очищал воздух от болезней. А потому каждый горожанин считает своим долгом вынести из дома залежавшийся за год мусор и бросить монетку в запечатанный горшок рядом с бочкой. В другое время мусор в городе сжигать запрещено, а от того сколько денег будет собрано зависит количество зелья во фляжке стражника на следующем празднике. — Это зелье довольно дорого, но очень полезно, потому отец каждый год покупает полную флягу на свои деньги и отправляет своих стражей жечь мусор в бедном квартале. — А ты? — А я делал то же самое в поместье, там нет постоянного мага, и зелье приходилось привозить из столицы. Я улыбнулась и бережно погладила ладонь мужа через перчатку. Илана смущенно отвернулась, а вот лорд Сиан смотрел во все глаза: здесь даже супруги не могли касаться друг друга прилюдно, исключением были танцы, официальные церемонии и узкий семейный круг, и то разрешенный максимум — касание руки и поцелуй в запястье. Вздохнув с сожалением: я бы охотнее уселась Жану на колени, и положила голову на плечо, я вновь уставилась в окно: до дворца ехали больше часа: дорогу постоянно перекрывали чужие кареты, сновали скороходы и курьеры, весь город спешил не пропустить ни минуты самой длинной и самой громкой ночи года. Виконт Виконт В день королевского бала суета началась еще до рассвета. Мне не хотелось слишком рано будить мою спящую красавицу, и я неслышно вышел из комнаты и распорядился принести завтрак. Аромат горячих булочек, чая и меда разбудили мою принцессу, и она томно потянувшись, села на постели, не открывая глаз. Я подошел и вдыхая ее теплый утренний запах начал целовать ее брови, веки, щеки, спускаясь к сладким, манящим губам, потом скользнул на чувствительную, трепетную шею… Когда Марина выгнулась и застонала, обхватив мен руками я вспомнил, что нас уже ждут и с сожалением отстранился: — Вставай, радость моя, тебя уже ждут. — Кто? — моя девочка расстроилась и сердито надула губы. — Леди Илана и с нею взвод камеристок, сегодня королевский бал! Зря я это сказал до завтрака, Марина скуксилась, скорчила капризную гримаску и нырнула под одеяло! — Меня нет! Пришлось использовать запрещенный прием: подойти и пощекотать нежные розовые пятки: — Вставай, моя красавица! Завтрак на столе, и Ролленквист обещал тебя покатать, если будешь готова без опозданий! — Ура! — лохматая голова вынырнула из теплого гнездышка, и жена с энтузиазмом принялась разорять стол. Вопреки мнению большинства мужчин сладости она не любила, и ела их неохотно, зато обожала мясо и всевозможные овощи. Так что завтрак мы делили пополам: она съедала пирожки с мясом и остренькие огурчики, а я сдобные булочки с вареньем и горячий шоколад. После еды меня выставила за дверь, истомившаяся от нетерпения Илана, и под горестные стоны Марины я поспешил приготовиться к балу сам. В первую очередь на тонкую нижнюю рубаху и бриджи я натянул плетеный из шелка жилет, а поверх него гибкий доспех. Атласный камзол был намеренно расшит выпуклым золотым узором, что бы скрывать железо и несколько видов оружия маскирующихся под украшения: пояс легко разворачивался в гибкий клинок, брошь на плече была стилетом, булавка в шляпе — прятала в своей головке яд, а семейный медальон служил артефактом защищающим от яда. |