Книга Срочно требуется ведьма, страница 9 – Юлия Ляпина

— Домов тут много, получается, в каждом не чаще раза в два-три месяца бываю. Староста велел вечером мне в новый дом идти. Зимой страшно бывает – метель или там волки, а тетки все равно выталкивают, чтобы никто не сказал, что работницу задерживают. Своего у меня почти нет ничего, мешок с зимней одеждой у старосты лежит. Он мужик справный, говорит, подрасту, в работницы возьмет…

— А сейчас чего не берет? – удивилась я.

— Так мелкая, проку от меня мало, а ем много, – вздохнула она.

Я поморщилась. Без помощи этой мелкой я бы с уборкой неделю провозилась. Да и ест она не больше, чем любой растущий ребенок. Я уж на младших насмотрелась – у каждого был период, когда они сметали с тарелок все с двойной добавкой.

— Ты ешь, ешь, – я подтолкнула к ней миску с орехами в меду, – и расскажи мне про прежнюю ведьму.

— Матушка Мелузина хорошая была, – покивала девчонка. – Когда я у нее работала, всегда на мягком спала.

— А как она умерла? – задала я важный для меня вопрос.

— Да вышла за калитку в торговый день, в город собиралась, ее староста туда каждую неделю возил, села к нему на телегу и говорит:

— Вот ты, Фрол, пожадничал добрую телегу запрячь, будешь теперь эту жечь! – легла и померла!

Я облегченно выдохнула. Хозяйка дома скончалась не здесь, значит, можно не проводить полную чистку дома и земли.

— Так тебя ко мне по череде прислали? – уточнила я, приглядываясь к девчонке. Она неглупая, росла в семье, работает ловко и аккуратно, ест опрятно, значит, можно приучить к личной чистоте. Впрочем, от нее и так не пахнет застарелым потом, а одежда путь пыльная, но без грязных пятен и аккуратно заштопанная.

— Нет, – мотнула Марыська головой, – староста пришел, забрал, сказал, что новая ведьма появилась.

Я задумалась – выходит, эту сироту мне в помощницы прислали на испытание? Ну, посмотрим, посмотрим.

Тут пришел Петр, принес кисти, и они с Марыськой начали белить спальню, а я взялась разводить киноварь в маленьком горшочке. Едва побелка схватится – нанесу защитные знаки, укрывая место моего сна от всякой напасти.

Маленькую комнатку выбелили быстро. После этого Марыська взялась за тряпку и ведро с теплой водой – смывать потеки, Петр ушел на улицу – выбивать ковры и перины, а я взялась за кисть.

Вдумчиво, неторопливо нарисовала защиту на трех стенах и на освеженной побелкой печке. Подумала и усилила – защита от пожара, от дурного глаза, от навета… От насекомых и грызунов только подновила краской – знаки были прямо в штукатурке выдавлены. Полюбовалась и обвела алой линией оконную раму. На всякий случай.

Вот краски для рам у меня не было. Впрочем, краска была цела, так что я позвала Петра, чтобы вынул зимние рамы и аккуратно вынес их в сени, а Марыське велела вымыть толстые зеленоватые стекла с пузырьками и вытряхнуть мусор, скопившийся между рам.

Когда все было сделано, велела заносить прогретые на солнце и высушенные вещи. Нашла в сундуке чистое, пахнущее лавандой белье, застелила кровать. Там же, в сундуке, нашла и новое покрывало – из толстой домотканой шерсти, но отделанное по краю фабричным ситцем.

Прежнее выглядело очень пыльным, так что его все же отнесли в баню – стирать. Половики тоже решено было вымыть на другой день на речке, а пока и так было хорошо! Я с наслаждением прошлась по чистому полу и похвалила Марысю: