Книга Срочно требуется ведьма, страница 25 – Юлия Ляпина

Когда суп сварился, я убрала тетрадь на полку, налила бульона в чашку и понесла в горницу. Маг проснулся и удивленно смотрел на меня сквозь густые и длинные, почти девичьи, ресницы:

— Ты кто?

— Ведьма!

— А Мелузина где?

— Осенью еще умерла, – вздохнула я.

Поставила чашку на подоконник, чтобы суп еще немного остыл, и склонилась над раненым – взбить подушку, подсунуть еще одну, чтобы сидел, прикрыла ему грудь полотенцем и поднесла чашку к губам. Маг сделал глоток и хмыкнул:

— Вижу, что ученица, все четко, и с ложкой подойти даже не пытаешься.

— Не дите, – буркнула я в ответ.

Раненый опять хмыкнул и поморщился – синяки хоть и заживали, но болели сильно.

— Прогноз? – спросил он, устраиваясь поудобнее, когда чашка опустела.

— Дня три, – пожала я плечами, – на клинках был яд, плюс проклятие успело зацепить ауру.

Маг кивнул, его, видимо, такое время излечения устраивало. Однако он продолжал меня рассматривать, а я, совершенно не смущаясь – его.

Да, конечно, меня растили скромной дочкой торговца полотном, но занятия в школе магии быстро отбивают всяческую скромность. Так что я не тушевалась и глаз не отводила, зато пыталась понять по описанию, что это за маг. Чувствуется, что он тут бывал – значит, должен быть в списке Мелузины.

— Забыл представиться, – вдруг вспомнил он о приличиях, – Ги Дейлир

— Ги?

— Гийом, – нехотя признался маг, – но предпочитаю Ги. А вас как зовут?

— Алтея Ренни, – нехотя ответила я, делая пальцами знак, отвращающий беду. Личное имя ведьмы – слишком ценная информация, но прозвищем я пока не обзавелась. Маг понял и нахмурился:

— Неужели только после школы? – произнес он таким тоном, что я обиделась. А что, после школы нельзя умело оказывать помощь? Я, между прочим, на практике в городской больнице для бедных лучшая была! И не только полы мыла да утки выносила! Мне и перевязки доверяли, и присмотр!

— Наставница Мелина сама выбрала меня, – ответила я ровно и ушла. Не обязана я этого мага развлекать. Лежать ему тут еще три дня, вот пусть и лежит. Соскочит раньше – сам себе навредит.

Марыська вела себя тихо, как мышка, чувствуя, что я недовольна, но я сердилась не на нее, поэтому тут же улыбнулась девчонке:

— Давай-ка подумаем, что завтра есть будем, нашему гостю нужен особый хлеб…

Я завела тесто с травами на лечебные сухари. Распотрошила ведьминские запасы, сообразив, что раненый в доме не последний. Марыська крутилась рядом. Девчонка молчала, но я сама ей все объясняла – какая травка или приправка для чего, и какой шепчу наговор, и какие руны рисую на стенках горшка с тестом.

На обычные лепешки она сделала замес сама, я только подсыпала травок для вкуса и пользы. Печь загасили, тесто поставили на шесток, по очереди сбегали в баню – смыть дневной пот чуть теплой водой, и разошлись по спальным местам.

Перед сном я проверила раненого. Молча выпоила ему чашку супа, оставила свежий отвар, подталкивающий регенерацию, и ушла к себе. Он смотрел виновато, но, к счастью, разговаривать не пытался. В своей спаленке я поначалу пялилась в потолок, потом вспомнила, что это деревня, и за помощью могут заявиться на рассвете, шепнула наговор короткого сна и наконец уснула.

Утром меня разбудила возня на кухне. Марыська успела вскочить, умыться, подкинуть в печь немного дров и вымесить тесто. К моей квашне даже не подходила – разумная девочка. Я встала, сгребла чистое белье, гребень, ленту и проскользнула мимо раненого в баню. Не хотелось возиться рядом с ним, тем более что маг уже не спал.