Книга Хроники династии Риинер, страница 17 – Юлия Ляпина

— Да, кивнул принц, — поэтому мы и задержались. Кроме того спешу тебя обрадовать, отец, есть большая вероятность того, что месяцев через восемь ты станешь дедом.

Мысленно прикинув расстояние до монастыря и сроки поездки, король уважительно посмотрел на юную леди. Та лишь скромно улыбнулась и кивнула, да наследник зачат в законном браке.

— Что ж сын очень рад, проводи супругу в покои рядом со своими, распорядись на счет ужина, и я жду тебя здесь. Кстати, миледи, мои поздравления. — Король склонился над рукой невестки. И улыбнувшись, коснулся губами кончиков пальцев.

Через неделю в дворцовой часовне состоялась торжественная церемония: наследный принц Саоритас и леди Араниэ подтвердили свои клятвы в присутствии придворных и гостей из других государств. Заплаканные родители будущей королевы стояли в первых рядах и умиленно смотрели на дочь.

Король с королевой были более сдержаны, хотя известие о будущем внуке и их наполняло нежностью. Кто может оспорить волю Хозяйки Путей? Кто будет противиться Ее воле? Вздохнув покорилась и царственная чета, все же сын счастлив, а это главное!

А еще через полгода королевский экипаж сорвался в пропасть. Почерневший от горя принц, срочно прибывший в столицу из путешествия, и принял корону и ответственность за целое королевство. В это нелегкое для него время рядом с ним всегда была черноволосая женщина с медовыми глазами, которую придворные почтительно именовали «королева Араниэ».

Худощавая сморщенная старуха каждый вечер выходила к покосившийся калитке и приложив ладонь к глазам всматривалась в змеящуюся дорогу. Белая пыль оседала на ее тунике и шальварах, вместо нарядной яркой шали голову прикрывал простой платок, а тело овчинная безрукавка — старая кровь греет плохо. Когда — то глаза старой Тисинэ видели зорче соколиных, она была лучшей вышивальщицей в этих краях — расшивала тонкими шелковыми нитями свадебные туники и платья, украшала извивами узоров из мелкого жемчуга маленькие нарядные шапочки замужних женщин. Но десять лет назад ее младший сын ушел с друзьями, что бы заработать. И вот уже десять лет Тисинэ встречает закат у своих ворот. Старший сын давно женат и живет на соседней улице, радуя мать внуками, а младшего все нет. Редко Тисинэ берет в руки серебряную иглу, если уж невестка попросит. Выращивает немного овощей за тростниковым забором и все ждет.

Тем вечером старая вышивальщица припоздала — верткий козленок пробрался в огород, а когда выбирался обратно, застрял меж двух толстых жердин. Пока женщина его отыскала, пока освободила да отругала ластящегося проказника, солнце до половины ушло в землю. Выбравшись за калитку она привычным жестом вскинула узкую ладонь — и замерла. В золотисто — оранжевом закатном свете к деревне шел караван. Крепкие мужчины, опоясанные оружием, вели под уздцы лошадей, в седлах которых покачивались нарядно одетые женщины, у каждой второй на руках спал младенец, у нескольких круглились животики, а двух или трех детей отцы несли на руках. За лошадьми тянулись телеги с припасами и домашним скарбом. Вокруг гарцевали воины в одинаковой форме. Едва последняя телега пересекла границу деревни, обозначенную высокими камнями, как воины, подняв в прощании руки, умчались прочь. Тиссинэ не верила своим глазам — караван шел к центральной улице, от домов торопливо бежали хозяйки, с полей шли мужчины, даже козы дружно заблеяли, будто приветствуя нежданных гостей. Сердце пожилой женщины замерло, когда идущий впереди каравана мужчина подошел к ней и поклонился в ноги: