Книга Марсельская сказка, страница 105 – Елена Букреева

— Я пришёл позвать тебя на завтрак, — Реми первым нарушил тишину — голос его был хриплым, как ото сна. Он посмотрел мне в глаза, и я заметила, насколько же тёмными стали его — точно небо перед грозой. — Ты… готова?

— Нет, — голос опережал мысли. — Как видишь, — я отвернулась, но, осознав, что теперь его взору предстали мои ягодицы, повернулась обратно и схватила с кровати свой жакет, прикрываясь им и стыдливо отводя взгляд. — Ты можешь подождать меня за дверью? Я буду готова через минуту.

Реми в последний раз обвел моё теперь прикрытое тело взглядом и, явно сбитый с толку, развернулся к двери. Когда он безмолвно вышел из номера, я накрыла пылающее лицо руками и тихо заскулила от стыда. Какой кошмар! Я ведь даже не успела послать его к чёрту! И откуда… откуда эти треклятые мурашки? Желая избавиться от них, я выбежала на балкон и, схватив своё бельё, торопливо вернулась обратно. Оно не успело высохнуть, но теперь это едва ли могло меня волновать. Я с усилием справлялась с дрожью в руках, надевая его. Поморщившись от соприкосновения кожи с влажной тканью, я закуталась в жакет и остановилась перед дверью. Несколько вдохов и выдохов не помогли собраться, но я все равно вышла к Реми и, не одарив его и взглядом, гордо зашагала вдоль по коридору. Главное — не встречаться с ним взглядом. А остальное забудется. Должно забыться.

* * *

Как можно было забыть о пережитом, когда мы сидим в тени уличного зонтика, наши бедра соприкасаются, а он смотрит мне в глаза, рассказывая какую-то чушь об автобусе до Лиона?

Завтрак не задался, едва успев начаться — я поняла это, когда не встретила с его стороны ответного смущения. Он был как никогда спокоен и может быть даже слегка воодушевлён, несмотря на то, что его утренние поиски не увенчались успехом. Я с тревогой наблюдала за тем, как его длинные пальцы расправляются с грубой кожурой апельсина, и как одна сочная долька отправляется ему в рот. Несколько оранжевых капель остались на его губах. Мне пришлось поспешно отвести взгляд и вернуться к своей овсянке. Типичный отельный завтрак едва ли мог позволить нам насытиться на весь день, но сейчас я не думала об этом, размазывая ложкой кашу по тарелке, как в детстве. Не хватало лишь мисс Синклер, склонившейся надо мной в нервном ожидании и без конца повторяющей: «Я обо всем расскажу твоей матери. Она будет сильно тобой разочарована».

— Так тебя это устраивает? — голос Реми с трудом прорвался сквозь тяжёлую завесу мыслей.

Я оторвала взгляд от тарелки с овсянкой и посмотрела на мужчину, сидящего напротив меня. Ах, как же органично он вписывался в эту атмосферу вечного отпуска, в романтику летних бистро! Его густые русые волосы, не спрятанные потрепанной фуражкой, казались слегка золотистыми в лучах предполуденного солнца, и сам он, обычно мрачный и суровый, будто бы светился каким-то дивным светом, а может, я придумала себе это, может, это мой свет отражался от него. А ещё Реми был спокоен. Он вальяжно устроился в плетеном кресле, его плечи были расслаблены, как и мышцы лица, если не считать лёгкого прищура, когда его голубые глаза возвращали тот же тёмный оттенок, какой я увидела там, в номере отеля…

Дыхание у меня перехватило от воспоминаний. Дрожащими пальцами я взялась за бокал с водой и осушила его до дна. Да что со мной происходит-то, в самом деле?