Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 2, страница 51 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

Повитухой оказалась серьезная молодая женщина, на вид не более тридцати лет. Ее буквально на следующий день привез Медведев и хотел сразу отвести в лазарет, но Александра сначала пригласила гостью в свой кабинет, чтобы увериться в том, что мадемуазель Алмазовой не сделают хуже.

Госпожа Подарина выслушала Сашу спокойно и кивнула:

— Не волнуйтесь, мадемуазель, я многих на своем веку повидала. Девицу, угодившую под мужчину не своей волей, не обижу. Хотите, так со мной пойдемте, чтобы она спокойнее была.

Александра не отказалась.

Они вместе спустились в карантин и, отпустив мадам Пишше отдыхать, объяснили, кто пришел и зачем.

Мадемуазель Алмазова уже немного восстановила силы, успокоилась, включила голову и поняла, что она сама дала оружие в руки «врага» любимого института. Саша уловила эту мысль в ее глазах и спокойно сказала:

— Никакой войны директрис не будет, мадемуазель. Меня больше всего беспокоит ваше здоровье и душевное состояние. Рана на теле наносит рану духу. Госпожа Подарина повитуха и магцелитель. Ей не нужно устраивать унизительные осмотры, как деревенской бабке. Довольно будет положить руку на ваш живот. Позволите?

Елена кусала губы, но согласилась лечь на кушетку за ширмой в кабинете фельдшера и обнажить живот.

Повитуха возилась с ней долго.

Что-то спрашивала, говорила спокойно, но твердо, как с испуганным ребенком. Саша не вслушивалась, ей нужно было знать, выживет эта тонкая девочка с явным недовесом или нет.

Когда магичка вышла из-за ширмы и принялась мыть руки, Александра не кинулась к ней с расспросами — напротив, заглянула за ширму и помогла барышне со шнуровкой и волосами. Потом усадила за стол, налила чай из заранее приготовленного чайника, придвинула печенье — с имбирем, раз уж он помогал от тошноты, и приготовилась слушать.

— Придется немного подлечить, мадемуазель, — сказала повитуха, берясь за чай. — Дня три буду приезжать на часок-другой. Ничего серьезного, все поправимо.

Александра осторожно кивнула, не зная, верить или нет. Впрочем, Елена Алмазова с видимым удовольствием пила чай, кусала печенье и даже зарумянилась. Значит, стало лучше.

Потом они болтали о пустяках — о снеге, о ярмарке в центре города, о пользе имбиря для здоровья, и наконец мадемуазель Амазову отпустили в карантин — отдыхать, а Саша вышла сама проводить повитуху.

— Давайте зайдем в ваш кабинет, — попросила та, как только они удалились от лазарета.

В кабинете женщина не стала садиться, подошла к окну, выглянула и печально сказала:

— Очень жаль, что у вас нельзя курить, мадемуазель Пешкова. Я бы сейчас закурила. Вы были правы. Мадемуазель взяли силой. Грубо и очень дурно. Барышня вам не говорила, но все это время она понемногу кровила.

— Но…

— Да, беременность есть, но неправильная. Не там, где нужно. А еще несколько разрывов, воспалительный процесс, а также нервное и физическое истощение. Не забери вы эту девушку сюда и не вызови меня, она умерла бы примерно через неделю от заражения крови.

Саша схватилась за графин и налила себе воды.

— Лечить буду целую неделю. Беременность выйдет сама, даже толкать не понадобится. Распорядитесь выдать барышне фланель и кормить красным мясом, давать смородину, клюкву, бруснику. Через неделю поить крапивой каждые два часа. Будет кровопотеря, этого не избежать, но это нужно, чтобы вычистить гной без инструментов. Усыплять ведьму в такой период нельзя, да и не получится, а лезть внутрь тела она не даст.