Книга Попаданка для злодея, или Великий магический развод, страница 32 – Катарина Каррас

Вторая сплетня ушла в мир через повариху, которая любила поболтать с поставщиками. Виктор подбросил ей информацию о том, что Элвин в детстве мечтал стать не рыцарем, а пекарем, и до сих пор обожает возиться с тестом. К обеду эта новость обросла подробностями: якобы герой сам печёт хлеб для бедных, но делает это тайно, чтобы не подрывать имидж сурового воина.

К вечеру слухи множились, как кролики. Кто-то сказал, что Элвин разговаривает со своим конём как с лучшим другом. Кто-то – что он пишет стихи и посвящает их луне. А одна особо креативная студентка пустила слух, что герой коллекционирует пушистых зверюшек и носит с собой медальон с портретом своей первой плюшевой игрушки.

— Это уже перебор, – заметил Маркиз, когда Виктор вернулся в башню. – Ты превращаешь его в трогательного чудика.

— В том и цель, – отмахнулся Виктор. – Люди не могут бояться и одновременно обожать трогательного чудика. Его авторитет рухнет.

— Посмотрим, – с сомнением сказал кот.

Посмотреть пришлось уже на следующий день.

Виктор вышел в город вместе со Светой – она хотела купить местных сладостей, чтобы сравнить с земными. На главной площади собралась толпа, и в центре этой толпы сиял доспехами Элвин. Он раздавал автографы, улыбался и... держал в руках маленького пушистого зверька, похожего на помесь хомяка и белки.

— Ой, какой милый! – воскликнула какая-то девушка. – Элвин, это ваш?

— Да, – герой картинно прижал зверька к груди. – Это Пушистик, мой маленький друг. Я нашёл его в лесу, и с тех пор мы неразлучны. Правда, Пушистик?

Зверёк пискнул, и толпа умилённо ахнула.

Виктор почувствовал, как у него отвисает челюсть. Этот... этот тип использовал слух! Мало того, он его присвоил и превратил в часть своего образа!

— Очаровательно, – пробормотала Света рядом. – Слушай, а откуда вообще пошли эти разговоры про Элвина и зверушек?

Виктор промолчал. Он смотрел, как Элвин целует зверька в макушку, и чувствовал, как внутри закипает ярость.

— Пойдём, – сказал он, беря Свету под локоть. – Здесь слишком много народу.

— Но я ещё не купила сладости...

— Потом.

Он увлёк её прочь, но краем глаза заметил, как Элвин поднял голову и посмотрел прямо на них. Его улыбка стала шире, и в этой улыбке Виктор прочитал насмешку.

Он знал. Знал, кто распускает слухи. И обыграл это в свою пользу.

Вечером в башне Маркиз ржал, как конь.

— Я же говорил! – кот катался по полу, держась за живот. – Ты сделал его популярнее! Теперь все знают, что он милый, добрый и любит зверушек! Ты подарил ему образ на блюдечке!

У Виктора перехватило дыхание.

— Я?

— Ты, – кивнула она. – И Маркиз. И вся эта безумная жизнь. Никогда не думала, что окажусь в магическом мире: буду лечить злодея и бороться с героями. Но это... интересно. И ты... ты стал мне дорог.

Внутри бушевал ураган чувств, а нужные слова никак не находились.

— Света, – наконец выдавил Блейд. – Я...

— Тсс. – Она приложила палец к его губам. – Не надо. Просто посидим.

Придвинувшись ближе, Света положила голову ему на плечо. Виктор замер, боясь пошевелиться, и лишь мгновение спустя осторожно обнял её.

Они сидели у костра под звёздами. И это казалось единственно правильным.

Где-то на ветке тихонько мурлыкал Маркиз, наблюдая за ними. Даже кот понимал: такие моменты нельзя нарушать словами.